Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

Осень

Сан-Франческо делла Винья, царство мнимого смирения


Сан Франческо делла Винья – римско-католическая церковь в квартале Кастелло, одна из двух францисканских церквей Венеции. В тот момент, когда мы здесь оказались, я понятия не имела, где мы, и что перед нами. Чтение не только путеводителя по любому из старых городов Италии (что путеводители! нечего и говорить про путеводители...), но и целого курса искусства Возрождения не помогает запомнить тысячи имен и мест, сотни названий и дат, не удерживает в памяти запутанных, кровавых историй, с ними связанных. Перед заинтересовавшимся, на свою голову, зевакой-туристом проходят толпы исторических лиц, знатных родов и целых народов, недоброй судьбой затянутых в тенета войн и интриг, в самую бездну римско-итальянской цивилизации (как говорят на Востоке, "а и скверное это обиталище!"). Перед ним, бедолагой, открывается целый мир, ныне умерший и превратившийся в тщательно набальзамированную мумию. На мумию можно полюбоваться не только в музеях, Италия ведь не просто страна, это страна-музей.

В таких городах, как Венеция или Рим, трудно не заплутать в двойственности средневековой и ренессансной культуры (современная рядом с ними смотрится блекло и впечатления не производит). С одной стороны всё, особенно церкви, смотрится таким чинным, благообразным, а на деле... На деле Сан-Франческо делла Винья, как и все церкви торгового, прижимистого города Венето, есть полное доказательств того, что все продается и все покупается. Кроме таланта.
Collapse )
Бе-бе-бе

Чума на гречневой каше


Похоже, совет никуда не выходить и блюсти санбезопасность только подстегивает азарт. Мне, конечно, хватает здравомыслия не болтаться по центру вокруг исторических достопримечательностей, в музеях и бутиках (гм, а кто на выставку Гейнсборо ходил? правда, тогда еще "моровое поветрие" не объявляли). Хотя в продуктовые не ходить невозможно (зашла в инет посмотреть, какие цены на доставку продуктов, а мне на сайте как заорут во всплывающем окне: "В связи с большим количеством онлайн-заказов иди на... то есть заказ временно невозможен!"; и по телику вкрадчиво так говорят: "Акции продуктовых магазинов резко взлетели — до 9%..."), но и это уже бесполезно. Заходишь в магазины, а там пустые полки из-под итальянской пасты. Причем произведенной здесь, в России. Похоже, кто-то верит, что фетуччини-букаттини нам везут прямиком из страны виноградников и моцареллы, а не производят туточки, у нас же, в каком-нибудь маленьком русского городке, где прирожденных макаронников кот наплакал. Уже и по телевизору сообщают: народ спешно раскупил гречку и собирается пересидеть чуму на гречневой каше.

Collapse )
Йакрасотка

"Входит Пушкин в летном шлеме, в тонких пальцах — папироса"


Входят строем пионеры, кто — с моделью из фанеры,
кто — с написанным вручную содержательным
доносом...
В продуктовом — кот наплакал; бродят крысы,
бакалея...
Входит с криком Заграница, с запрещенным
полушарьем
и с торчащим из кармана горизонтом, что опошлен.
Обзывает Ермолая Фредериком или Шарлем,
Придирается к закону, кипятится из-за пошлин,
восклицая: "Как живете!" И смущают глянцем плоти
Рафаэль с Буанаротти — ни черта на обороте.
Пролетарии всех стран
Маршируют в ресторан.
Иосиф Бродский. Представление


Когда-то, лет тридцать пять назад, мы с родителями жили на Университетском проспекте. Это была хорошая квартира в сталинском доме — и в самом неудобном месте, в каком я когда-либо жила. Из окна был прекрасный вид на Главное здание МГУ, Университетский городок, Детский театр и Новый цирк. Через дорогу от нас красовался Дворец пионеров, а чуть дальше — Метромост и смотровая площадка. До сих пор этот уголок Москвы — мои любимые места для прогулок.

Collapse )
Бе-бе-бе

Осень в Лужниках


Есть в осени первоначальной
Короткая, но дивная пора -
Весь день стоит как бы хрустальный,
И лучезарны вечера.
Ф.И.Тютчев


Гуляла на днях вдоль Москвы-реки и с грустью заметила: заканчивается необычно длинная золотая осень, заканчивается. Солнце заходит рано, речные трамвайчики потеряли былую летнюю привлекательность в глазах публики, а сельдеобразные пароходы флотилии Radisson и вовсе пустыми совершают свои круизы для любителей странного — например, задорого поесть, озирая промышленные и полупромышленные виды московских набережных.

Collapse )
Осень

Царицыно: камень, плоть, трава. Часть вторая



Если кому показалось, что я не оценила красот Царицыно, то этот человек неправ. Я оценила. Именно поэтому меня так раздражают посетители, превращающие красивейшее место Москвы в ад. Здесь можно было бы испытать лучшие ощущения и оценить всю прелесть золотой осени. Не зря же в каком-то авторитетном западном журнале написали, что самые красивые уголки земли в осеннюю пору — Москва и Вена. А самое красивое место для упоения золотой осенью — Царицыно.

При порывах ветра листопад кружит и уносит последнее в этом году золото, оно шуршит под ногами, сопротивляется попыткам сдуть его в кучи, запихать в мешки и увезти на аутодафе. Жаль, сфотографировать листопад не получается — разве что снять ролик. Но что такое ролик? Листопад надо видеть воочию. И желательно без толпы свидетелей с детьми, лыжными палками, палками со смартфонами, палками с фотиками и прочими палками девайсами. Людям надо пореже смотреться в зеркало и почаще оглядываться вокруг. Каким бы самолюбованием мы ни болели отличались, вряд ли род людской может поспорить с красотой природы собственной сомнительной прелестью.

Collapse )
Осень

Царицыно: камень, плоть, трава


Признаюсь, мне не хочется рассказывать о Царицыне в духе путеводителя, перечислять достопримечательности, даты постройки и реставрации, ну и все такое прочее. Нельзя не восхищаться природой в Царицыно, особенно его неповторимой золотой осенью — но и об этом чуть позже. Сейчас скажу лишь, что Царицыно — место прекрасное и одновременно ужасное. С первых минут прогулки мне хотелось сбежать оттуда куда угодно, хоть в промзону. Почему? А вот поэтому.

Буквально с момента входа в парк вы натыкаетесь на толпу. К дворцам еще идти и идти, а вы уже в толпе. Эстрада с переминающимися с ноги на ногу старухами орет Kalimba De Luna голосом незабвенного Тони Эспозито. Если бы он только видел, кто танцует под его песню... Старческие пляски с детства вызывают у меня отвращение. Старики, в нескольких сотнях метров от этого места играющие в пляжный волейбол — нет, не вызывают, а танцующие шерочка с машерочкой старухи — это чистый, беспримесный финский стыд. И нет, я не феминистка и не антифеминистка. Мне просто не нравится летняя эстрада с попсой в старинном парке Царицыно.

Collapse )
Задумчиво

Московские крыши

Пока безумствует футбол, расскажу-ка я о вещах, незаметных глазу прохожего, спешащего по делам сквозь московскую суету. Чтобы заметить их, нужно остановиться и поднять лицо к небу, а это довольно трудно - на московской земле столько интересного, что разглядывать московские крыши можно разве что с вертолета. Но и с птичьего полета ничего не увидишь - высоковато. А между тем столичные крыши - это просто зеркало эпохи.

Помните, я как-то рассказывала про знаменитый "дом под рюмкой" на Остоженке? Крышу дома украшает башенка в виде перевернутой рюмки. По легенде, владелец здания, купец Яков Михайлович Филатов бросил пить и таким образом решил сообщить о своем намерении всей Москве.



Collapse )
Курю

Петля Зачатьевских



"Переулочек, переул...
Горло петелькой затянул.

Тянет свежесть с Москвы-реки,
В окнах теплятся огоньки.

Как по левой руке - пустырь,
А по правой руке - монастырь.

А напротив - высокий клен
Ночью слушает долгий стон.

Покосился гнилой фонарь -
С колокольни идет звонарь..."
- писала Ахматова о Зачатьевском ставропигиальном женском монастыре, расположенном между трех Зачатьевских переулков, за Остоженкой, над Москвой-рекой. Сама Ахматова предположительно жила в Третьем Зачатьевском переулке - он вместе с Первым и Вторым Зачатьевским действительно опоясывает монастырь, стягиваясь, будто петля.

Collapse )
Йакрасотка

Самая красивая девочка Эдиночка


Эту прекрасную фразу я услышала в сериале Absolutely Fabulous. Как у нас только его не называли — и "Ещё по одной", и "Просто фантастика!", и "Красиво жить не запретишь" (почему было не назвать, как в оригинале — "Абсолютно невероятные"?). С тех пор эта фраза в числе моих любимых. Как вижу личность, "осмыслившую себя" в стиле "краса адова", так вспоминаю самую красивую девочку Эдиночку. В последнее время частенько эта фраза всплывает в памяти моей при чтении современной литературы, авторы которой помешаны на красоте и неувядаемости. То ли вливание молодой кровушки действует, то ли вливание инфантильных мозгов, однако о персонажах мы узнаем главным образом внешние данные. Из них приходится извлекать представление о характере и морали героя, а отнюдь не из мыслей и поступков.

Прием сам по себе старый, очень старый. Раньше он использовался для антитезы, причем использовался умело. "Черт знает откуда взявшаяся рыжая девица в вечернем черном туалете, всем хорошая девица, кабы не портил ее причудливый шрам на шее", — писал Булгаков. Или внешность гончаровского Обломова — человека "среднего роста, приятной наружности, с темно-серыми глазами, но с отсутствием всякой определенной идеи, всякой сосредоточенности в чертах лица". Для антитезы не только внутри образа, но и извне, для противопоставления образов друг другу — так у Тургенева ухоженный и несколько искусственный Кирсанов противостоит неряшливо-естественному Базарову. Однако время подобных тонкостей и изысков при воплощении автором глубинной идеи прошло.

Collapse )
Бе-бе-бе

Веницейские задворки



Думаю, о веницейской прелести написано столько, что прибавлять к этому свои восхваления незачем. Тем более что хвалить современную Венецию - не музеи, а сам город - практически не за что. Можно восторгаться ее былыми красотами или тем образом, который складывается в воображении у людей, никогда там не бывавших или бывавших на всяких мероприятиях, ну и оценивающих, соответственно, либо мероприятия, либо художественные фотографии Венеции.

Свой собственный взгляд в отношении таких городов-декораций, где коренное население находится в положении не то обслуги, не то заложников фестивалей-карнавалов, сформировать довольно трудно. Странно оценивать декорации, не зная, к какому спектаклю их приготовили.

Collapse )