?

Log in

No account? Create an account

Категория: история


Согласно традиции перед экскурсией - еще одно селфи автора в самом выгодном свете: верховая езда, юность и романтизм. Как говорится, лорду Фаунтлерою купили пони. На самом деле это попытка подобрать фотографию к тематике поста. Рыцарской тематике!

Сегодня я расскажу об элементе архитектурного декора, который особенно люблю - об одинокой и гордой фигуре рыцаря. Как правило, рыцарской атрибутикой украшают фасады доходных домов, как бы подчеркивая контраст между душевными качествами домовладельца и презренным металлом, коий приходится зарабатывать в поте лица, взимая домовую плату. Рыцари на фасадах, разумеется, не являют собою свидетельство благородного происхождения или не менее благородного характера домовладельца - они атрибут скандинавского модерна, где весьма популярна рыцарская тематика.

Купеческая неоготикаСвернуть )

Открыла лауреата "Нацбеста" А.Рубанова, почитала. Не люблю я книг, написанных по рецепту незабвенной Колядины — ни грамотности, ни истории, ни стиля, ни эпохи. Все герои ряженые, в костюмах не по размеру: не то что зипуны-кафтаны — доспехи на них лопаются, шлемы картонные, плащи синтетические. И повествование пестрит современными словами, перемешанными со "старыми словесы". Фабула — не более чем перепертый на новый мотивчик древний сюжет, уже изложенный кем-то другим, причем намного интереснее. Почему-то читатели (и некоторые критики) сочли это лоскутное одеяло полноценным фэнтези и даже детской сказкой. Да ну! Для детей надо писать лучше, чем для взрослых — ярче, правдивее, интересней, но без заигрывания и без попыток надурить. Чтобы не пришлось потом постмодернистский "йумор" из детских головушек вытрясать, пытаясь втиснуть туда исторические реалии.

Сказку о Финисте-ясном соколе я люблю, а вот "вбоквел" к ней читать неохота. Три Ивана (в третьем-пятом веке, как заявляет в своем интервью сам автор? в языческое время? Иваны да Марьи?) что-то о себе говорят, говорят... Опять, как в любом мейнстриме современной прозы, перед нами кушетка психоаналитика, поток сознания, в углу специалист с диктофоном и блокнотиком, рассказчик выдает бубубу... Текст, по ощущению — сплошная унылая дидактика, кое-как замаскированная под фэнтези "с философией". Облико морале скомороха, бубубу, космогония славянского разлива, бубубу, наши предки были крепки, бубубу, никогда не лги, этим ты приближаешь свою смерть, бубубу, особенности старинного быта в представлении человека необразованного, но самонадеянного, бубубу.

Дай миллион, дай миллион!Свернуть )

Воскрылия мостов


Люблю я московские мосты. Многие помню в таком виде, в каком молодежь их и не видела никогда. Вот, например, виднеющийся вдали на фотографии Андреевский мост - сколько изменений он пережил на моей памяти! И он не один такой.

Их было два моста-близнеца: Лужнецкий мост раньше именовался мостом императора Николая II; второй, впоследствии ставший Андреевским, вначале назвали Сергиевским в память о великом князе Сергее Александровиче. Оба человека, давшие имя мостам, погибли в пасти революционного Молоха, а на Москве-реке появилось два почти одинаковых моста, построенных в 1905-1907 году архитектором А.Н. Померанцевым по проекту инженера Л.Д. Проскурякова.

Четверо близнецовСвернуть )

Мы все не без греха за пазухой.
Неизвестный аффтар с фикбука


Заговорили с френдами об "русскопремийной" колядине (на этот раз банановой мужеского пола), и у меня немедленно возникла поистине есенинская мысль: "Мать честная! И как же схожи!" — ну и, натурально, снова выплыла боль души.

"Что ни слово, то человек загублен, я уж чувствую!" — говаривал сэр Питер Тизл в шеридановской "Школе злословия". Подобное влияние приписывают критике. А между тем современная литература губит людей не хуже иной школы злословия, но не сплетнями-наветами и даже не неудобной правдой насчет отдельных лиц — нет, подымай выше! Нынешняя литература вовсю занята опорочиванием реала в целом. А как еще назвать эту вакханалию картонных попаданцев в картонные же дребеня, именуемые то четырехрасным иномирьем, то магической академией, то историческим прошлым нашей же с вами страны? Есть разница между царями, грызущими не привезенную еще из Америки картоху (и ведущими себя так, словно у них голды вместо барм), злоебучими священниками, спрашивающими на исповеди у девиц про анальный секас (цинично закусывая картофельными рогульками в том же бескартофельном веке), евангелистами, устраивающими групповуху с Блаженной Ксенией Петербургской (очередной шубинский выкормыш, не чуждый богохульства) — и одноклеточными масслитовскими попаданцами в чуждую и незнакомую чозахерь?

Зри в кореньСвернуть )

Внедренный в лоно


"Автора-халтурщика отличает прекрасное знание материала и — красота литературного изложения.
...Царь Иван Васильевич выпил полный кафтан пенистого каравая, который ему привез один посол, который хотел получить товар, который царь продавал всегда сам во дворце, который стоял в Кремле, который уже тогда помещался там, на месте, на котором он стоит теперь.
— Псст, человек! — крикнул царь.
— Чего изволите, ваше благородие? — еще из хоромы спросила уборщица, которую царь вызвал из которой.
— Меня кто-нибудь еще спрашивал?
— Суворов дожидается, генерал. Потом Мамай заходил — хан, что ли...
— Скажи, пускай завтра приходят. Скажи, царь на пленуме в боярской думе.
Пока уборщица топала, спотыкаясь о пищали, которые громко пищали от этих спотыкновений, царь взялся за трубку старинного резного телефона с двуглавым орлом на деревянном коробе. Он сказал в трубку:
— Боярышня, дайте мне царевича Ивана. Спасибо. Ваня, — ты? Дуй ко мне! Живо!
Царевич, одетый в роскошный чепрак и такую же секиру, пришел сейчас же.
— Привет, папочка. Я сейчас с индейским гостем сидел. Занятный такой индеец. Весь в перьях. Он мне подарил свои мокасины и четыре скальпа. Зовут его Монтигомо Ястребиный Коготь.
— А с татарским послом виделся?
— Это со стриженым? Будьте уверены.
— Татарин — он бритый.
— Стриженый.
— Бритый!..
Царь Иван ударил жезлом царевича, который, падая, задел такой ящик, в котором ставят сразу несколько икон, которые изображают разных святых, которых церковь считает праведниками.
Тут прибежали царские стольники, спальники, рукомойники, подстаканники и набалдашники..."
В. Ардов. Исторические романы (пародии).

Решила в очередной раз поднять тему затопляющего нас невежества (вот где тьма, вот где Мордор-то истинный, а не на Боровицком холме!), увидев подборку перлов из опуса лауреата "Русской премии", собранную Романом Шмараковым. Да простит меня автор подборки за многочисленные цитаты, но оставить этот обзор исключительно на фейсбуке не могу, это выше моих сил (приглашаю всех прочесть упомянутый пост — и непременно с комментариями). Для тех, у кого по какой-либо причине ФБ не открывается (или кликнуть лень), процитирую часть подборки со своими замечаниями и с замечаниями френдов уважаемого Романа Шмаракова.

Это просто какой-то афедрон!Свернуть )

Москва променадная


Последние деньки, когда в разрывах туч еще мелькает голубое небо, а осень еще сверкает облезающей позолотой, ловишь, точно увертливых мотыльков. Наверное, московский народ тоже чует: "Зима близко!" — и высыпает гулять даже в будни. На днях в новостях радостно подсчитали, что в парке "Зарядье" (открытом к Дню города, но, как водится, с недоделками) побывало миллион человек. Что эти люди там забыли, не знаю. Я ради осмотра данного парка стоять в такой очереди, а потом бродить в толпе средь хилых березок не стану.



Недострой и припискиСвернуть )

Москва бутиковая


В кои веки раз прошлись мы с Боевой Мышью по кок-стрит, "улицам для богатых". Поглазели на дам...



...и кавалеров. Кавалеры, печально понурив парики, пересчитывали купюры. Мы не стали их смущать.

Былое и дамыСвернуть )

Людям скучно, людям горе;
Птичка в дальние страны,
В тёплый край, за сине море
Улетает до весны.
Пушкин. Цыганы


Новая повесть петербургского прозаика Юлии Старцевой "Коль пойду в сады али в винограды", опубликованная в августовском номере журнала «Звезда», сочинена на малоизвестный сюжет «из отечественной истории». Текст в первой трети условно близок к жанру плутовского романа, повествует о проделках Егора Столетова, юноши-пиита, личного секретаря Виллима Монса, — такого же обаятельного взяточника, как и его патрон, попавший в фавор к Екатерине-Марте, супруге Петра I, и поплатившийся за её милости головой. Сейчас разве что знатоки русской старины вспомнят трагическую судьбу Столетова и уцелевшие строки, давшие название повести.

И всюду страсти роковые, и от судеб защиты нет.Свернуть )

Матчасть жжот

Бабочки в животе

Что меня неизменно удивляет, так это изобилие багов в современной развлекательной литературе. Авторы не просто неаккуратны, но и самонадеянны. И, вдохновленные не то Акуниным с его сомнительным историзмом, не то фикбучными полетами фантазии, они пишут всякую шопопалу. Я, откровенно говоря, ленюсь разбирать нечто подобное, хотя френды всё видят. И неизбежно кидаются в "шопопалящего" попкорном. А меня потом графоманы обвиняют в науськивании и хомяководстве — хотя, повторю, читатель всё видит, малоуважаемые и маловысокохудожественные творцы, пишущие нечто в эдаком роде.

— Я подожду вас тут, — сказал Гарри. — Принимаю заказы на ужин.
— Овощи на гриле! — тут же сказал Скорпиус. — И стейк по-авроратски, — добавил, улыбнувшись.
— Поддерживать! — присоединился к нему Гой. — А я придти и делать кимчи по-корейски.


Нельзя так просто взять и сделать кимчи.Свернуть )

У нас было прошлое!

За пропаганду дзен-буддизма

Слушайте, а писатели и как-бы-писатели могут не мониторить мой блог — хотя бы в теории? А то постоянно слышишь про себя "репутация у вас страшная", "вы просто сетевой тролль", "вы обсираете авторов" — и тем не менее даже те, кто меня демонстративно не читает, светится в Оке, да и лично набИгает, словно на работу. Почему, блядь, это графоманье стадо может пороть ахинею по своим уютненьким, и никто (я в первую очередь) этого не замечает (если только в личку цитат не принесут), но я почему-то (по их графоманьему мнению) обязана, прежде чем выругать чье-либо писево за говностиль, прочесть упомянутый вскользь говноопус от начала до конца? Они требуют, чтобы я, говоря про стиль, сюжет знала досконально, а также сеттинг и прочую поеботину. Это меня всякая плесень может критиковать, прочитав два абзаца — и то не для критики, а для сведения счетов, а мне, значит, заметить, что мой очередной критик просто бесогон в архаически-ироническом смысле этого слова (то есть пустобрех), низяяя...

Но по порядку. А то несмешно получится.

Все в курсе, что на СИ я комменты так-таки включила, зато отключила у себя видимость тех комментов, ибо больше не намерена встречать гостей ни пиздюлем, ни караваем. И естественно (что в этом естественного? липкость?), самое нудное тамошнее френдло собралось и поползло ко мне в ЖЖ. Улитка на склоне Фудзиямы, блин.

У нас не было будущегоСвернуть )

Рим стоит на Риме

Арка

В Риме сейчас 45 градусов жары... Какое счастье, что мы там были зимой. Так и тянет вспомнить вояж пятилетней давности.

Мемуары в картинкахСвернуть )

Фикерская проруха

А меня пошто

"Спрос на порнографическую литературу упал.
Публика начинает интересоваться сочинениями по истории и естествознанию. (Книжн. известия)
Писатель Кукушкин вошел, веселый, радостный, к издателю Залежалову и, усмехнувшись, ткнул его игриво кулаком в бок...
- Первее всего теперь читается естествознание и исторические книги. Пиши, брат Кукушкин, что-нибудь там о боярах, о жизни мух разных...
- А аванс дадите?
- Под боярина дам. Под муху дам. А под упругие бедра не дам! И под "все завертелось" не дам!!!
- Давайте под муху, - вздохнул писатель Кукушкин.
Через неделю издатель Залежалов получил две рукописи. Были они такие:
I. Боярская проруха
Боярышня Лидия, сидя в своем тереме старинной архитектуры, решила ложиться спать. Сняв с высокой волнующейся груди кокошник, она стала стягивать с красивой полной ноги сарафан, но в это время распахнулась старинная дверь и вошел молодой князь Курбский.
Затуманенным взором, молча, смотрел он на высокую волнующуюся грудь девушки и ее упругие выпуклые бедра.
- Ой, ты, гой, еси! - воскликнул он на старинном языке того времени.
- Ой, ты, гой, еси, исполать тебе, добрый молодец! - воскликнула боярышня, падая князю на грудь, и - все заверте..."

А. Аверченко. Неизлечимые

Ой вы гои пишущие, исполать вам от жида-критикаСвернуть )
Автор-фиалка

В золотистых гаванях Ниццы
Скоро кто-то будет повешен.
Как достали меня эти птицы
И один непотребный слэшер.

С новым литературным веком:
Не банально только анально,
Препогано ходить в главгерах -
Залюбили, причем буквально.

По высоким душевным запросам -
Не для славы и не для денег,
Он страдал словесным поносом
Про мой новый - как это? - "пейринг".


Все ему было, гаду, малоСвернуть )
Сенезино

Сенезино в опере Генделя «Флавио», Лондон, ок. 1723 г. Приписывается Уильяму Хогарту.

Примерно 25 столетий назад на далеком Эгейском острове Аристотель пришел к заключению, что «все животные, если они прооперированы в молодом возрасте, становятся крупнее и привлекательнее своих непокалеченных собратьев; если же их прооперировать, когда они уже полностью выросли, то никакого увеличения в размерах не последует... Можно вывести общее правило: изувеченные животные вырастают до большей величины, чем неизувеченные».

Под «увечьем» Аристотель подразумевал кастрацию. О том, как она влияет на самцов, было хорошо известно греческому фермеру в IV веке до н.э., равно как и его современному потомку. Но греческий философ имел в виду не только домашний скот. Он имел в виду и человека.

В зависимости от дальнейшего предназначения римляне делили кастрированных рабов на несколько категорий: semivir (полумужчина), eviratus (выхолощенный мужчина), mollis («обабившийся мужчина»), malakos (танцор по образу и подобию женщин).

Мужчины, певцы и танцорыСвернуть )

Сегодня с френдессой долго и вдохновенно обсуждали роль инфантильной наглости в покорении тысячелетних эльфов.

Представив себе картину, как нахальное мерисьё чарует тысячелетний эльфийский разум своей "дерзостью и непредсказуемостью", нельзя не похихикать. За куевы полчища лет это существо видело такое количество нахалок, что наверняка от них устало до кончиков остроконечных ушей. Во все времена девицы, видя, что обожание и беспрекословное послушание не катит, пытаются действовать от противного, становясь... вот именно. Противными. И надеясь, что капризы и запросы, создавая мужчине препятствия на пути к получению вожделенной награды, заставят его стремиться и стремиться. Эльф (или кто он там, этот перестарок с ушами?) все это видал и преодолевал сотни раз. Даже обычный мужчина, поухаживав в течение своей быстротечной жизни за дюжиной капризниц, начинает предвидеть развитие событий после первого же "Ах что вы, сэр, я не такая!" - что же говорить о тысячелетнем любовном опыте?

Подозреваю, что этого, с ушами и опытом, уже давно интересуют только небывалые фишки. Его можно сравнить с профессиональным геймером, коловшим очень сложные игры. Такому очень трудно доставить удовольствие, но еще труднее заинтересовать процессом, который он знает до тонкостей.

Читать дальше...Свернуть )

Москва, с ее восточной ленью и склонностью чудить, вечно демонстрировала свою самобытность. Константин Батюшков писал: «Постоянство дедовских времен и ветреность неимоверная – как враждебные стихии в вечном несогласии – и составляют сие чудное исполинское целое, которое мы знаем под общим названием: Москва».

Подруга и компаньонка княгини Дашковой, мисс Вильмот, побывав в 1806 году в Москве, написала остроумные до язвительности «Записки», где взгляд европейки на «этот ленивый, изнеженный, великолепный азиатский город» постоянно переходит от восхищения к ехидству, и обратно. В чем особенно взыскательна и пристрастна женщина? Конечно, в вопросах моды! Но следом за мисс Вильмот о московских модницах высказывали свое мнение многие мемуаристы, а в их числе и историк М.Н.Загоскин – и все суждения совпадали!

Читать дальше...Свернуть )

Календарь

Ноябрь 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930



Метки

Подписки

RSS Atom



Разработано LiveJournal.com
Дизайн Lilia Ahner