Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

Ну ты и...

Родовое проклятие подлости



Рассказывают, Жучкова со своими говорящими глистами (какой-то Филипп Хорват, он же Гор Потоков, он же Прорыв Унитазов, он же Гнусный Ублюдок, он же еще десятки ботов с никами, в которых ботовод подсознательно дает множество честных характеристик себя) внесла в статью Википедии о критике Е.Н. Иваницкой дату смерти последней. Смерти, которой, разумеется, еще не было. Сильно подозреваю, что Аннушка-чума настопалила на это дерьмо Хорвата-из-унитаза. До этого акта устрашения он уже угрожал Иваницкой разоблачением чего-то, чего она должна ужасно бояться и это скрывать.

Collapse )
Осень

"...нарвал генералам по десятку самых спелых яблоков, а себе взял одно, кислое"


Сходила по яблочки в Филевский парк. Сорвала лопух размером с себя. Крапивой обстрекалась по самые колени.

Однако сколько проку вышло с этого лопуха! Сделала фото на телефон (ненавижу телефоны и никогда их с собой не беру - я не раб лампы, чтобы меня отвлекали от того, чтобы набрать яблочек - так что телефон был Ленкин), обнаружила в телефоне полный разор - ни почты, ни Сети, ни ватсапа, ничегошеньки. Комп по шнурку его тоже не видит. И чтобы извлечь фото себя, настроила половину из перечисленного. Теперь Ленку будут дергать еще и по почте в телефоне. Ненавижу телефоны! 🙂

Collapse )
Мечты

Искусство ревниво, или Несколько слов о соблазнах постмодернизма


Последнее время то там, то сям всплывает тема динамизма в литературном тексте. Причем существует как бы жанровое разделение:
— так называемая современная проза максимально неспешна и обстоятельна («премиальная литература») — иной раз до того обстоятельна, что устаешь читать описания, дожидаючись хоть какого-нибудь сюжетного поворота и бросаешь историю на пересчитывании волосков в чьей-то брови,
— так называемые развлекательные жанры не считают нужным даже познакомиться, прежде чем приступить к сношанию читательского мозга («массовая литература») — и не получив никакого представления о месте и обстоятельствах действия, ты уже вылетаешь из этого места и обстоятельств туда, где все будет еще более зашибись.

Куда утекает литературный вкус, удерживающий автора аккурат посередке между этими полюсами, мне неведомо. Но утекает — это я вижу по крайней мере как читатель. И хочется одних подстегнуть, словно еле плетущихся кляч, других притормозить — как тех же кляч, несущихся, словно в задницу укушенные, не разбирая топографии. Увы, но чувство меры не привьешь, как и чувство стиля. И даже не больно-то объяснишь все эти тонкие соотношения — которые у каждого автора, по большому счету, свои.

Collapse )
С мечом

Внутре у русской интеллигенции

Внутренний раздолбай.jpg
Забавное существо этот наш современный интеллигент. Недавно на фейсбуке иносказательно описала случай, когда товарищ, читавший здесь мою статью для "Альтерлита" (вестимо, не глазами, а чем-то другим, куда более мясистым), вздумал весьма ехидно пройтись по цитате критика Аглаи Топоровой. И ненавязчиво приписал цитату — мне, автору статьи о критике Аглае Топоровой. Со всякими заходами из Марьиной рощи типа "Ах, бедная Ципоркина, погрузившись в эту книгу, впала в амок, поэтому привела цитату из рецензируемой книги, которая далеко не так плоха, чтобы ее приводить" — и бла-бла-бла.

После того, как грубая Ципоркина написала ему: "Послушайте, вы на кавычки-то смотрите, когда читаете? Двумя строками выше написано: "Хоть и ругает Аглая Топорова Ш. Идиатуллина за незнание русского языка, явленное в романе «Бывшая Ленина»" — и далее цитата из рецензии Топоровой. Какого лешего вы МНЕ приписываете сказанное цитируемым мною критиком ТОПОРОВОЙ?" — он изменил коммент, ура! Но не фамилию на правильную поменяв, а попросту убрав все эти невежливые описания амока и погружения бедной, выходит, Топоровой и в амок, и в книгу...

Collapse )
Осень

Сёмки есть? А если найду?



Косой вечерний свет - самая красивая и подходящая декорация для поздней осени. Печальная, но красивая. И сидеть на холодном граните над холодными пустыми аллеями Поклонной горы неуютно, но романтично.

"Блещет небо, догорая,
Как волшебная земля,
Как потерянного рая
Недоступные поля"
.

Одним белкам дела нет до человечьей романтики. "Что ты там жрешь? Дай мне!" Со времени того первого фото, когда хвосты мелькали в траве, но приближаться не позволяли, беличья боязливость уменьшилась, и грызуны осмелели. Прямо к ногам подходят, порскают навстречу: сёмки есть? а если найду? Теперь ходим на Поклонную исключительно "с сёмками".
Collapse )
Задумчиво

Спасибо всем, дорогие друзья!

Очень благодарна вам за поздравления. Я вас очень люблю и ценю, поверьте.

А еще накануне пятидесятипятилетия вздумалось мне сделать целую галерею своих портретов. Это определенно что-то новое для меня. Не иначе как желание запечатлеть себя для тех времен, когда и запечатлевать-то будет особо нечего. Надеюсь отодвинуть этот период своей жизни на максимально долгий срок.

Вот, например, уморительная выставка в Музее декоративных искусств на Садовом кольце. Прямо у входа стоит указатель "Игра с вечностью". Во люди живут!



Collapse )
Бе-бе-бе

Коммуникативная ткань протестует


Надо же, меня упомянули в научной статье (научной, а не научно-популярной, вон оно как!), причем в качестве объекта, а не оппонента. Я предупреждала, что я неблагодарная зараза? Ах, вы уже в курсе... Ну надо же.

Спасибо автору статьи за упоминание моего имени. И, конечно, следует зайти на его страницу, от души поблагодарить, однако я почему-то в сомнении относительно лестности контекста упоминания. Перефразируя французов, mieux vaut jamais que tard (лучше никогда, чем поздно). Побаиваюсь я выступать в качестве материала для категоризации (сама знатный категоризатор, знаю, что этим инструментом можно с человеком сделать). Ведь такого припишут! Да что я, кафедру критики журфака МГУ не знаю? Уже и предисловие удивило. Или НЕ удивило...

Collapse )
Курю

Сан-Франческо делла Винья, царство мнимого смирения. Часть вторая


Давненько я не брал в руки шашек, альбомов, лупы и своего искусствоведческого подхода к действительности. Видимо, это связано с тем, что на самом деле, безотносительно заявлений пользователя о том, как он любит всю эту науку и культуру (даже больше, чем Василий Семи-Булатов из сельца Блины-Съедены), чувствуется некая подневольность в скудных лайках и как бы по обязанности высказанных мнениях по поводу поста. А все почему? Потому, что увлеченный человек, готовый рассказывать и рассказывать о своем увлечении, на самом деле есть зрелище от-вра-ти-тель-но-е. И хочется отодвинуться, как от сумасшедшего. "Она же может кого-нибудь вилкой ткнуть!", как говорил персонаж Зощенко.

Если у кого есть такое настроения, вы уж не обессудьте, но я все же продолжу научно-популярные штудии. Поскольку, почитав современную литературу ("Текстуру", "Литерратуру" и прочую хренатуру) вкупе с критиками ея, хочется: а) убить всех этих критиков медленно и мучительно (тут я многое сделала); б) удалиться под сень струй или хоть церковных сводов, где несть ни гласа, ни воздыхания (вообще ничего в этом направлении не сделала, сколько ни забиралась в тугайную глушь — везде какой-нибудь глас да услышишь).
Collapse )
Ваши ноги теперь мои!

Глупая Жучка. Почти Толстой


Ну-с, продолжу рассказывать историю о том, как Анна Жучкова внезапно стала намекать мне: удочери меня, Цыпа! На днях принесли мне копипасту очередного страдания Жучки. Те, кто давно меня читает, помнит страдания Сетелизки, Скади, Щепетнова, Князева, Громыко, Щербы, этого-как-его и прочих, могут не читать, — унылое бла-бла-бла по шаблону. Для остальных устрою доброй старой памяти разбор печальки "обиженного Цыпой".

"Про хейтеров. Вот живёт человек. И ему кажется, что он самостоятельный и умный". — "Ему кажется" — типичный такой толстый намек: на самом деле это не так. Он на самом деле паразит и дурак, этот человек. И почему же Жучка о нем такого нелестного мнения? А вот почему.

Collapse )
Бе-бе-бе

Розы, бабочка и фонтан


Вчера мы с Боевой Мышью побывали в розарии Парка Горького. Это, строго говоря, не розарий, а так, четыре клумбы вокруг фонтана. Того самого, в котором регулярно пытаются утопиться какие-то дети и возле которого по доброй старой традиции фотографируются посетители (на фоне тонущих детей). Поддержала традицию и я — что я, рыжая, что ли? :)

Садик, как я уже сказала, маленький. Но роз там много. И желтые (их я люблю больше всего — у них дивный запах), и чайные (они уже почти все увяли), и белые (невинные-невинные — но ничем и не пахнущие, очевидно, от невинности), и розы цвета фуксии (не знаю, как еще назвать этот густо-розовый, "остромодный" цвет), и даже какие-то совсем уж невиданные — сиреневые. На сиреневые розы, пока я их фотографировала, присела бабочка с труднопроизносимым названием голубянка аргирогномон. Ее назвали в честь часов: аргирогномон — серебряный указатель на солнечных часах. И мне удалось поймать ее в кадр: голубовато-серебристая бабочка на сиреневом лепестке демонстрирует — а такие розы вы, люди, выращивать не умеете!

В общем, вот вам поля и купы роз, отдельные цветы и целые клумбы. Других цветов я тоже наснимала немало, но сначала — розы.

Collapse )