Инесса Ципоркина (inesacipa) wrote,
Инесса Ципоркина
inesacipa

Categories:

Дао писателя. Часть четырнадцатая: пантеон вашего сеттинга

1_by_25kartinok-d649hko

Однажды под влиянием момента из фильма "Подземелье ведьм" задумалась о притягательности жанра постапокалипсиса (он же постап) для современного писателя и читателя. Вспомнившийся мне момент — объяснение Жана Лемота обиженному Андрею Брюсу: Биллегурри, дочь вождя, в шатре вождя-завоевателя Октина Хаша не чаи гоняет, а осуществляет дипломатическую миссию, в коей имеются свои тонкости, а тупому инспектору не понять. Я тогда еще подумала: Андрей, конечно, не специалист, но неужели можно не знать таких простых вещей о другой расе или о своей собственной? Не знать, что первобытный человек не глуп и уж тем более не бесхитростен — иначе как бы он выжил там, где цивилизованные люди вмиг превращаются в добычу хищников, двуногих или четвероногих?

Но жанр попаданчества, особенно сильно полюбившийся существам, не обремененным умом, образованием и талантом, указывает именно на такое незнание. Вместо исторического романа, для которого требуется серьезная подготовка и сбор материалов, сперва публику долго-долго кормили приключенческими романами в жанре "плаща и шпаги" (порой замечательными настолько, что можно, можно было простить даже обилие ляпов), потом, когда ей и это стало слишком сложно, появились опусы с "замками старинной архитектуры", неверующие "инквизиторы с помойки", эскаписты-лузеры, за полста продолжений продолбавшие себе дорогу в иномирье до Святого престола и прочая, уж пусть господа масслитовцы и их ЦА утрутся, ахинея для олигофрена.

Главная позиция жанра: мы умнее предков, потому что у нас много техники и высшее образование, а они все в деревне росли, грамоте под надзором своих учителей выучились к двенадцати годам, а если о чем и могут судить здраво, то лишь о свойствах борзого кобеля. Представление современных людей о себе, как о сверхлюдях, а о людях каменного или бронзового века, как о глупцах или малых детях, не может развеять никакой этнограф. Наш собственный культ карго, когда мы пользуемся вещами, не представляя, как они работают и как их починить, если сломаются, кажется нам куда более разумным, нежели культ карго, возникший в Меланезии. А что делаем мы, когда один из Даров небесных, бесплатный вай-фай, волну не ловит? Танцуем с бубном. Использование вещей, чьего принципа создания и действия ты не понимаешь, инициирует магическое мышление даже в современном, прилично образованном человеке.

Может, поэтому МТА так и тянет описывать всякие пустыни, где, одетые в стильные лохмотья, мотаются племена выживших людей, беспощадно истребляя друг друга. Одна из радостей любителей постапа — описание тюнинга гравицапп да атмосфера ралли "Париж-Дакар" (до переноса его в Южную Америку): песок, буш, жажда, борьба за воду, беспощадная природа и полубезумные люди. О том, что общество, даже деградированное, имеет тенденцию к самоорганизации, младоаффтары, похоже, знать не знают — они же, прости господи, образованные люди. Вот и пишут о мире, в котором нет никаких ценностей, кроме материальных. И оправдывают это странное общество тем, что уж очень, мол, суров описываемый мир, ни на что, кроме выживания, у людей нет ресурсов.

Между тем мифологизация действительности — не затрата, а наоборот, еще один ресурс. Человек не может жить в хаосе, сомневаясь во всем на свете.

Поневоле вспоминается диалог из фильма "Формула любви": "— Опять у нашего барина ипохондрия сделалась.
— Пора. Ипохондрия всегда на закате делается.
— А отчего же на закате, Степан Степанович?
— От глупых сомнений, Фимка. Вот глядит человек на солнышко и думает, взойдет оно завтра али не взойдет
".

Тут не ипохондрия, тут депрессия сделается. Притом, что от депрессии мрут и животные, у которых нет ни самосознания, ни бессмертной души. Мифология, сколь может, упорядочивает творящийся в мироздании хаос и уменьшает его неподконтрольность. Дарит благую иллюзию, что солнце непременно взойдет, после зимы настанет весна, у богов удастся вымолить благополучие. С ощущением "я живу праведной жизнью" и спится спокойней. Поэтому никакой постапокалипсис не может обойтись без того, чтобы не сформировать новый пантеон богов, в чем-то родственный прежнему, в чем-то адаптированный к окружающей действительности.

Однако писателю, описывающему "не окончательный конец света", зачастую не хватает ни знаний, ни воображения для мифообразования в рамках описываемого сеттинга. Изучение первобытных верований наверняка бы помогло, да вот беда: шаманизм, активно изучаемый и неплохо описанный, — вполне развитая форма первобытной религии, зато постапокалипсис — не что иное, как жизнь на развалинах привычного мира. Еще стоят небоскребы, еще гниют брошенные на прилавках и складах товары, еще ездят на остатках бензина последние автомобили ушедшего мира. В старых богах выжившие разочарованы: не спасли, не помогли, есть ли прок им молиться? Новые боги еще не сформированы, хотя, вероятнее всего, уже придуманы искателями новых глобальных идей.

Это богоискательство на развалинах может стать источником интереснейших размышлений и рассуждений — благо все мы переживаем сходное состояние аномии, то есть такого состояния общества, когда происходит распад определенной системы устоявшихся ценностей и норм, некогда поддерживавших традиционный общественный порядок. Но сейчас старые ценности не соответствует новым идеалам. Я не поклонник Жака Лакана, однако его разошедшееся благодаря киноцитате утверждение: "Фантазии должны быть нереальными, потому что в тот момент, когда вы достигнете того, о чем мечтали, вы перестаете это хотеть. Чтобы стремление продолжало существовать, его объект должен быть недосягаем. Вы хотите не того, чего хотите, а мечты об этом. Так желание создает сумасшедшие фантазии", безусловно, имеет под собой основание. Человеку нужны стремления, заведомо не приводящие к удовлетворению. Я атеист, но понимаю, зачем человеку боги.

Между тем, не имея способности выйти за пределы собственной аномии и собственных же нереальных фантазий, писатель-фантаст не в силах создать полноценную вселенную — с физикой и психикой, годными для использования. Вместо этого он подсовывает персонажам бога из машины, то есть курирующего игрушечный мирок мирок волшебного помощника. Так же, как волшебный помощник в человеческой психике создает иллюзию защиты, этот персонаж компенсирует неполноценность фабулы произведения.

Фромм в "Бегстве от свободы" писал: "Люди ожидают, что некто их защитит, что "он" позаботится о них, и возлагают на "него" ответственность за результаты своих собственных поступков. Часто человек не осознает, что такая зависимость существует. Даже если есть смутное сознание самой зависимости, внешняя сила, от которой человек зависит, остается неясной: нет определенного образа, который был бы связан с этой силой. Главное ее качество определяется функцией: она должна защищать индивида, помогать ему, развивать его и всегда быть с ним рядом. Некий "Икс", обладающий этими свойствами, может быть назван волшебным помощником. Разумеется, что "волшебный помощник" часто персонифицирован: это может быть бог, или некий принцип, или реальный человек, например кто-то из родителей, муж, жена или начальник. Важно иметь в виду, что когда реальные люди наделяются ролью "волшебного помощника", то им приписываются волшебные качества; значение, которое приобретают эти люди, является следствием этой их роли".

Знаете, в чем состоит разница между богом, созидающим миры, и богом, исправляющим ляпы и компенсирующим недочеты? Первый создает закон, согласно которому живет и развивается вселенная, а второй нарушает этот закон для удобства избранных лиц. Поэтому бог из машины никогда не станет богом в полном смысле этого слова: он скорее годится на роль духа, подыгрывающего своим любимчикам, но никак не на роль демиурга.

Возможно, автор не собирается описывать божественные планы бытия и прекрасно обходится их проявлениями на уровне смертного существования. Но и проявления должны иметь свою логику, как божества - свой пантеон. А что мы видим в книгах фантастов, описывающих иномирье? Пустоту в небесах и божбу вместо веры.

Если кто не в курсе, на Западе прямое называние половых и выделительных органов, равно как и выделяемых телом веществ - не самая грубая ругань. Здесь самая грубая ругань — называние этих самых органов и веществ в сочетании с именем бога и святых. "Сиськи Мадонны" и "яйца Христовы" — сквернословие куда более запретное, нежели обещание трахнуть чью-то маму. Упоминание божественных имен всуе вполне тянет на покаяние, а то и на наказание. Привычка божиться в историческом контексте неизменно указывает на темное прошлое, а то и на темное настоящее персонажа: наверняка он был или является лихим человеком, пиратом, наемником или разбойником. Однако ни от какого реального нормального человека, религиозного или не слишком, своего соотечественника или иностранца, я не слышала столько божбы, сколько ее выдает среднестатистический герой МТА-опуса. Через слово лезут в реплики Двуединые-Семирогие, Матери всего и вся, темные боги, черно-белые боги, разноцветные боги, боги космоса, духи леса, болотные кикиморы и дивные народцы.

Что можно сказать, глядя на обильно матерящихся божащихся персонажей? Только то, что в богов в описываемом сеттинге не верят. Иначе не стали бы поминать по поводу и без. Называть имя, даже иносказательное, могущественной сущности значит эту сущность призывать. Вроде как слать ей эсэмэски с требованием если не ответить, то хотя бы глянуть в телефон. Что делает человек, если ему идет поток бессмысленных сообщений с какого-либо адреса? Блокирует адрес, ставит антиспам. А боженька, дух или еще какая-нибудь всемогущая злюка может добавить тупому спамеру семь лет несчастья или родовое проклятье, чтобы подох быстрее и больше на экране божественного девайса не возникал.

Если до такого исхода богохульства способен додуматься человек третьего тысячелетия, то почему, спрашивается, до этого не может додуматься человек третьего, а то и тридцатого тысячелетия до Рождества Христова? Полагаете, что он на порядок глупее любого МТА? В отношении поведения языческих богов? Фью-ю-ю... Это мы, историческими перипетиями оторванные от общения с богом или богами, можем не понимать, каков этикет и политес на подобном уровне общения, но никак не люди древнего мира и не члены религиозного общества.

Хотя постапокалипсис, конечно, дает картину невежества, во многом подобную сегодняшней. Отсюда и бесконечное поминание господа, которое свойственно не столько верующим, сколько личностям с запущенным православием головного мозга. Отсюда и жертвоприношения всего подряд где попало при любом удобном случае. Отсюда и религиозная истерия, охватывающая ширнармассы ни с того ни с сего при виде затмения солнца (даты каковых затмений любой попаданец помнит наизусть, равно как и регионы, где затмение наблюдалось невооруженным глазом). Отсюда и отсутствие божественного присутствия в любой области человеческой жизни, несмотря на божбу, жертвоприношения и истерию. МТА попросту не представляет себе, что такое религиозное сознание. Поэтому боженька у его персонажей лежит в ящичке в той самой машине и достается только когда надо исправить ситуацию, заведенную аффтаром в тупик.
Tags: авада кедавра сильно изменилась, дао писателя и критика, история солжет как всегда, пытки логикой и орфографией, сетеразм, уголок гуманиста, философское
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 449 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →