Инесса Ципоркина (inesacipa) wrote,
Инесса Ципоркина
inesacipa

Category:

Дао критика. Часть шестая: критик — не бета, младоаффтар

Мозг ушел

Пожалуй, этот пост касается и критика, и писателя. Писатели — особенно молодые — вечно требуют у коллег лайфхаков, которые бы сотворили из безграмотного МТА зрелую творческую единицу; у критика они требуют редакторского разбора, который, строго говоря, критик делать не должен, не его это компетенция. Но что поделать, младоаффторы не в курсе, в чем разница между критическим разбором и редакторским. Что ж, опять придется объяснять более чем очевидные вещи. *привычно свистит кэпу*

Редакторский разбор — детальный, пословный анализ текста. Начиная с первой фразы, редактор правит все стилистические ошибки, какие найдет. Корректор, по идее, должен исправить аффтарскую орфографию и пунктуацию, но, говорят, нынче всех этих нужнейших людей господа издателя́ из процесса выдавили, теперь редактор вынужден править ошибки любого рода.

И делает это молча. Издательский редактор, для которого вы никто, пятый лебедь у третьего пруда, ничему вас учить не станет. Вы, скорее всего, и правку-то не увидите, если не прочтете договор с лупой, не выловите соответствующий подпункт и не отвоюете право визировать изменения в авторском тексте. В отличие от "поточного", ваш персональный редактор работает как бета-ридер, он же бета-тестер. И если вам повезло таковым обзавестись, он вам суть ошибок разъяснит; авось вы поймете, как не надо делать, и будете хоть чуточку грамотнее и прилежнее в своем творчестве.

Но не зря цены на подобную услугу — разбор, совмещенный с обучением — зашкаливают. Обучение вам не критическая статья. В результате переписи ошибок получается гигантский талмуд (оттого редакторы предпочитают разговаривать о книге, а не писать, что в тексте не так) размером больше того опуса, который младоаффтар наваял и, как он уверяет, тщательно вычитал.

Одно из самых плохо пишущих существ, которое клянчило у меня разбора, клялось взахлеб, что правило свою херню и почти всё выправило. Между тем в первом же абзаце полдюжины стилевых и пяток грамматических ошибок — да и потом не лучше. Вздумай я разбирать ту муру пословно, у меня бы месяцы ушли на писанину по теме "Почему каждое предложение написано коряво, а множество слов — неправильно или стоит не на своем месте". Я даже оценивать не берусь, сколько бы стоила подобная "зачистка с разъяснениями", вздумай я ее коммерчески оценивать.

К тому же, как все недавно убедились, сопротивление младоаффтара может достигать поистине эпической силы. Он напишет "Илиаду" о своих обидках, хотя мог бы сесть и попытаться разобраться, что же с его текстом не так. Нет, вместо этого МТА пытается компенсировать полученный дискомфорт от критики чмафками и лайками от таких же обиженных друзей. Им тоже какой-то мэтр насыпал соли на хвост, теперь "юные, не бреющие ног бороды" отрываются на пару. И словно разведенки, рассекают по информационному пространству с плакатами "Все мэтры козлы!" Так оно бывает у каждого редактора-беты-наставника-лектора с каждым МТА. Ибо практически у всех молодых множество амбиций, но единственная сверхцель — напечататься на бумаге.

Вот почему сесть и самой написать по заданной теме неизмеримо легче, нежели преодолевать стены, выстроенные в неразвитых мозгах.

Итак, редакторский разбор клянчить у писателя и критика не стоит. Доживете до седых мудей персональных редакторов, с ними и поговорите. На что можно рассчитывать, подсовывая свой труд профессионалу? На критический разбор? А вот и нет.

Критический разбор состоит в том, чтобы оценить текст по части стиля, композиции, сюжета, образов, идей, знания матчасти. Причем для разбора каждого пункта потребуется изрядная такая статья, если высказать претензии не вкратце, а по-взрослому. Что значит "по-взрослому"? Это значит, что каждая распространенная или же типичная для данного МТА ошибка будет указана.

А начинать таки придется с корявого, ученического языка, коим нынче пишет племя младое.

Да, племя и ныне диких тунгусов от литературы хочет лайфхаков и ноу-хау. Оно искренне верит в существование таковых и подбадривает себя мыслью: все навыки, которыми владеют специалисты, на деле очень просты и осваиваются за пять-десять уроков. А если сделать амулет грамотности, то и вовсе ничего учить не придется. Например, делегировать пресловутое знание грамотности и формирование стиля неким мифическим издательским сотрудникам, а самим заниматься исключительно поисками сюжетных и сеттинговых фишечек, авось удастся придумать такую, какую еще никто и никогда...

Ну дикари же, дикари. Форменные тунгусы-папуасы. Отсюда и развесистое клюквописево с хмельной сулемой и с бекешами на головах, и постаревшая маленькая Вера, которая, как наш народ еще помнит, слезть не хочет с хера и доказывает свое именно в койке, и масслит с гомогенными, точно матрешки, болванчиками, покрытыми магической и научно-фантастической росписью...

Кстати, о матрешках. Поговорим о том, каково приходится критику, когда в подопытном материале и критиковать нечего.

Чтобы задавать вопросы по делу, необходимо дело. А откуда его взять, когда перед тобой ученический текстик, написанный в духе сочинения "Как я вижу далекое будущее на Марсе/далекое прошлое в Ахрендиллоне"? Зрелому критику, равно как и писателю, разбирать в подобных трудах нечего. Максимум, что они могут посоветовать — больше читать классики и сравнивать, как пишут пресловутые классики, со своими текстами.

Возьмем в качестве примера так называемый стиль сегодняшних звезд масслита. Я уже объясняла, что он неразличим — и все равно, космоса перед нами или хтонические царства, никаких индивидуальных черт в оном писеве нет.

– Как ты смеешь перечить мне, смертный?! – пафосно вопросила Полина, перед сном обчитавшаяся фэнтези, и с драматическим: – Узри же мощь моего волшебного пенделя! – пнула кресло в спинку.
В следующий миг девушка узрела мощь разозленного киборга: Дэн встал, сгреб подругу за шкирку комбеза, поднял над полом – невысоко, просто чтобы не доставала ногами – и куда-то понес. Кошка, задрав хвост, с триумфальным мяуканьем поскакала следом, чувствуя себя отмщенной.
– А-а-а, за что мне эти муки?! – заголосила Полина, получив долгожданное развлечение. – Ну Дэ-э-энька! Отпусти меня! Я больше не бу-у-уду!
Громыко.

Правда, последнюю стрелу увлёкшийся бес-охранник прямо выпустил в… Короче, дикий вой Павлушечки, уязвлённого в самую чувствительную точку, едва не заставил меня присесть.
— Уй-й-й-я-а-ай!!! Попал, гадёныш, из лука в уретру-у!
— Это типа поразил, как Давид Голиафа? — шёпотом уточнил спрятавшийся за моей спиной маленький преображенец. — И чего он так на какую-то уретру жалуется, я вроде под фартук попал…
— Это по-латыни, — решил я, сам не зная толком, о чём речь. — А ты бы давал тягу на всех копытцах, пришибёт ещё…
Белянин.

И тут явственно ощутила, что лежу на ковре, и в его толстом ласковом ворсе путаются мои пальцы. Пальцы?! Стоп. А где же мечи? Я точно помнила, что даже во время ритуала крепко держала в руках вновь обретенное оружие.
— Сперли! — завопила я и подпрыгнула на месте, при этом крепко приложившись лбом о кровать.
Оказалось, в янтарной комнате находилась огромная кровать величиной с небольшой аэродром. Ее алые атласные простыни обещали сладкий сон и негу любому, кто приляжет на мягкий матрас и задернет красный балдахин из струящихся складок органзы.
Андрианова.

Дородный священник побагровел лицом и рявкнул:
— Что смотришь, дура? Давай персты целуй благодетелям своим.
Это был сам Павлиний Фарсидский, а рядом с ним колокольней маячил Альборий Элизийский. Тот также выглядел крайне недовольным, но не разгневанным, а с ноткой брезгливости на лице.
— Больше ничего целовать не надо, дяденька? — своим сочным глубоким голосом спросила Миранда.
— Надо будет, всё поцелуешь! — прорычал протопресвитер Павлиний. — Думаешь, если ты подружка Клементины, можешь мне дерзить? Как бы не так! Если провалишь расследование, я тебя лично в целлофан запакую.
Обиженка на мэтров.

Ну вот с каких азов начинать, чтобы дать понять аффтарам сего — это не просто плохо написано, это написано антихудожественно. Литературный текст — не кое-как увязанные во фразу слова. Литературный текст — отражение как четко вербализованной мысли, так и образа, передать который позволят художественные средства и приемы. А если ваш текст антихудожественный, то пофигу, с какими издателями вы вась-вась и сколько у вас лайков-чмафок по Сети наставлено. Вы. Не. Писатель. Вы существо, которое стоит у конвейера и дает план. Писатель — нечто са-а-авсем другое.

— Если бог всемогущ, падре, пусть он сделает так, чтобы на семнадцать выпал выигрыш двенадцать раз подряд. Тогда бы он действительно совершил чудо! А я пришел бы сюда и засыпал всю церковь цветами…
— Бог не вмешивается в игру, сын мой…
— Тогда, падре, он не знает, что хорошо, а что плохо. Ему неведомы переживания, которые испытывает человек, когда видит, как крутится шарик рулетки, когда он рискует последней фишкой и сердце его готово вот-вот разорваться…
И доверительно, словно о тайне, известной только ему и священнику, Гуляка спрашивал:
— Неужели бог не знает этого, падре?
А между тем дона Розилда, стоя на паперти, продолжала разглагольствовать:
— Выброшенные на ветер деньги… Никакая панихида не спасет этого пройдоху. Бог справедлив!
Жоржи Амаду.

Разницу видите? Принципиальную разницу? Это вам не "нотки на лице", не "всё поцелуешь, а то запакую", не волшебный пендель и не стрельба по уретрам, не толстый ласковый ворс подражательниц кому попало, но никогда — кому-то умеющему писать. Что нынче идет валом как творчество "подающих надежды авторов"? Неряшливый, корявый текст, который в одних местах менее глуп, в других более, но всегда коряв и демонстрирует пренебрежение своего создателя к слову.

Как объяснить пишущим такое, что ирония и юмор полноценного писателя отличаются от текстух аффтара, норовящего подделаться под гомогенную школоло-среду, вписаться в нее, опуститься на ее уровень? К тому же литераторы такого рода в массе своей не хотят качественно писать. Они хотят некого "успеха". Выражается он в издании за смешные копейки плохоньких, неотличимых друг от друга книжонок, которые якобы хорошо продаются. Так хорошо, что некоторые "успешные творцы" жалуются: издатели кладут на полку их рукописи и отказывают в выпуске уже написанных заказных книг — печатать самиздатовскую самосейку дешевле, окупается она быстрей, а текст на том же кошмарном уровне, что и у "звезды".

В качестве компенсации за свои болести МТА хотят комплиментов. От критиков, от коллег, от читателей, от черта лысого. А вместо панегириков приходится слушать кого-то вроде фантаста Валентинова, который в интервью без обиняков заявил: "Авторы же «Мага из дурдома» и «Инквизитора помойки», взяв свое с наивных и доверчивых читателей, уйдут в более подходящие для них производства". Эх, мэтры, мэтры, за что ж вы так с племенем младым?

А вот за это самое. За нежелание понять: игрульки в креакла никогда не станут вровень с писательством как с профессией. Сперва освойте азы того, в чем вы собираетесь состояться; или не изображайте, будто хотите стать мастером пера, если ваша цель — напечататься, каким бы убогим ни был ваш текст. По принципу "Я тоже так могу". Настоящему творцу любимая скороговорка школьника и на ум не придет, ведь он хочет писать не так, как все, а как только он и может. И я не знаю, как объяснить это отличие автора от аффтара еще доходчивее.
Tags: авада кедавра сильно изменилась, дао писателя и критика, пытки логикой и орфографией, разорительная роскошь общения, сетеразм, уголок гуманиста, фигак!
Subscribe

  • Блестящий критик я

    Презентация сборника, в котором есть мои статьи, на Московской международной книжной выставке-ярмарке прошла довольно гладко. Я сижу в центре и мешаю…

  • Ихневмон, убийца крокодилов

    Небольшая справка, о ком вообще речь в названии. Египетский мангуст, или фараонова крыса, или ихневмон (лат. Herpestes ichneumon) — вид животных…

  • Поле, русское поле и хтонический борщевик

    Вот и снова моя статья в «Камертоне», которую вряд ли поймет та категория творческого населения, для которой она, собственно, и написана. Мои…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 166 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Блестящий критик я

    Презентация сборника, в котором есть мои статьи, на Московской международной книжной выставке-ярмарке прошла довольно гладко. Я сижу в центре и мешаю…

  • Ихневмон, убийца крокодилов

    Небольшая справка, о ком вообще речь в названии. Египетский мангуст, или фараонова крыса, или ихневмон (лат. Herpestes ichneumon) — вид животных…

  • Поле, русское поле и хтонический борщевик

    Вот и снова моя статья в «Камертоне», которую вряд ли поймет та категория творческого населения, для которой она, собственно, и написана. Мои…