Инесса Ципоркина (inesacipa) wrote,
Инесса Ципоркина
inesacipa

Category:

Путь вахтеров и путь живых мертвецов

Дамба из книг

То и дело слышу от очередного обиженного невниманием мимокрокодила, что оно не просто урод, а урод выдающийся. Где и чем? "А это уже второй вопрос", как в старом анекдоте. "Взгляни на первую лужу — и в ней найдешь гада, который иройством своим всех прочих гадов превосходит и затемняет". Но идея конкурса уродов — не личная, а общесетевая — греет всякого фрика.

Недавно в ЖЖ френдессы один товарисч упрекнул меня в нелюбопытстве — не пришла посмотреть в его журналы (у него их оказалось несколько, и я должна была прийти во все) на его уродство: "кол Вам как писателю. Не за отвращение ко мне — это бы ладно, а за нелюбопытство. Писателю не полюбопытстовать, какие уроды бывают на свете — это кол". Тега "цирк уродов" на полтысячи постов упрекающая особь не заметила. Такшта я нелюбопытна и должна интенсивней пополнять свою коллекцию, в том числе и экземплярами, какими мой цирк изобилует, аж по швам трещит.

Никогда не замечали, что уроды имеют собственные подиумы и модельные амбиции? Гад, среди прочих гадов иройский, может быть, протагонист "малой веси, которой собственные Ахиллы потребны", а может, и не протагонист. В последнем случае, коли не удается приписаться клевретом к Бобру и Свету, изгой формирует собственное Темное Владычество и становится в нем Отрицательным Горбуном.

Я, как всегда, перехожу с личностей на искусство, поскольку обратный переход мне мало интересен.

Помните, был такой прекрасный старый фильм "Город мастеров"? Был в городе том глубоко положительный горбун-метельщик Караколь, которого любила красивейшая женщина киноэпохи Марианна Вертинская, то есть мастерица-вышивальщица Вероника — и был глубоко отрицательный горбун герцог де Маликорн, которого если кто и полюбил, то злодейский прихвостень, юный сын бургомистра Клик-Кляк (с таким именем предмет страсти выбирать не приходится). При этом горбун-протагонист был положительно красавчик, и Вероника его сколиоза не замечала. А горбун-антагонист был такая мятая харя, что даже серебристый грим под андроида не делал ее сносной. Но "у вас горб намного больше, и вообще вы гораздо симпатичнее!", говорил Клик-Кляк — и де Маликорн расцветал, хотя мог бы и обидеться на сомнительный комплимент.

Ибо Отрицательный Горбун хорош именно тем, чем Положительный Горбун плох — недостатками тела и характера. Караколь не стал бы хвастать размерами своего горба, и никому бы в голову не пришло метельщика за тот горб хвалить. Но в перевернутом пространстве Отрицательного Горбуна от обычных людишек его отличает именно дефект.

На этой перверзии строится весь мир изгоя, маргинала, отщепенца в искусстве. Поменять знаки — и вместо королевича Елисея мы получаем ведьмака Мерисея, Соловья-разбойника, Идолище Поганое, Жидовина и Тугарина. Хотя в былинах все вышеперечисленные имели свой характер, свою роль и свою систему ценностей. Это в современном искусстве изгоев лепят по одному и тому же шаблону-перевертышу. Каковой шаблон приходится по сердцу не только мимокрокодилам, не знающим, чем еще привлечь внимание мое, но и любым лузерам.

Однако едва начнешь разбираться в душе, как говорила про таких героев Туве Янссон, "врага вообще", начинаешь понимать:
— есть отрицательные персонажи идеологического предназначения, как сребролицый де Маликорн, созданные для того, чтобы Караколям жизнь медом не казалась;
— есть антагонисты, привязанные к протагонистам кандальной цепью противоположности — они все делают назло протагонистам, зачастую во вред себе;
— есть люди, в чьей жизни имеется проблема, абсолютно нерешаемая — не существует ни средства от нее, ни средства пережить это и двигаться дальше;
— есть люди, которые уже покойники, хотя они ходят, разговаривают, едят, спят, трахаются, но, сколь ни удивительно, их загробная жизнь — разная, как, впрочем, и у живых людей.

Мне интересны лишь последние две категории, первые я ни в книгах не создаю, ни у других не читаю, поскольку объелась "врагами вообще" в далеком детстве: даже у очень талантливых авторов таковые имелись в препорции. Мотивации на всех антагонистов не хватало, поэтому абстрактное желание всех завоевать и изнасиловать покорить считалось годным обоснуем.

К тому же война еще жива была в памяти народной, Зло с прописной не казалось чем-то абстрактным. Злом был пропитан каждый клочок земли на местах боевой славы. С годами ощущение затаскали, затюкали им публику, оставив скептическое отношение к Злу, действующему, казалось, без всякого смысла и прагматизма, из чистой тяги к насилию и разрушению.

Меж тем тяга такого рода существует и зовется деструдо. Или мортидо — когда деструдо достигает неукротимой, самоубийственной силы. Именно она заставляет селфиманов делать фоточки до самой своей смерти — как правило, нелепой и бесполезной. Но протекает эта тяга не куда попало и не как попало, а строго в щели дамбы, возведенной психикой между Ид и Эго. Причем у каждого Эго расположение протечек индивидуально. От карты деформаций, собственно, и зависит выбор комплекса и/или фобии, через которую подсознание станет подавать сигналы сознанию. Сигналы, которые никогда не будут поняты, зато исправно будут повышать тревожность. Они заставят всё Эго вздрагивать и вскидываться, точно нервную лошадь, а если Ид уж очень разбушуется, то и нести очертя голову.

Мне интересны лишь те, кто строит вокруг протечек горгулью — статую-желоб, по которой страхи и фрустрации текут в заданном направлении, орошая и подкармливая весьма определенные территории. И выбирает, что именно доведется орошать, не Ид, а Эго. На подкормке вроде фрустрации много чего удивительного совершить можно, это свободная энергия внутреннего космоса, вроде солнечного ветра. Научись ловить его в паруса — и одни черти в аду знают, куда тебя забросит.

Для начала достаточно признаться себе, что ты недоволен собой и своей жизнью, но исправить предмет своего недовольства не можешь.

Слабые духом от этого понимания падают в салат депрессию, сильные духом тоже падают, но в десерт манию. Найдя себе то, ради чего можно жить и с такими ушами, человек постепенно забывает о предмете своих терзаний. Разве что иногда ворвутся в его жизнь свидетели детских мучений, весело напомнят, как ушастый подросток переживал о своей непривлекательности, причинят боль, получат в ответ сторицей, удивятся: а что я сделал-то? — и свалят в туман, побитые.

Или не свалят. Те из одержимых деструдо, кто уже с потрохами вошел в статус Темного Властелина, могут и в лесопарке обидчика прикопать, и отправить в заплыв в бетонных ботинках, и... много чего могут. Заметьте, если судить по творчеству МТА, о подобных возможностях — за несколько обидных слов лишить человека жизни, грязно и мучительно — мечтают все. Добрые, светлые протагонисты в добрых, светлых книжках ЖЮФиц незлобивых и боброносных писеводелов не отказывают себе в удовольствии отомстить и устраивают болтуну такую кару, что тому впору откусить себе язык и истечь кровью. Что уж о темных властелинах говорить?

Впрочем, чтобы выйти на уровень физического уничтожения всех, кто тебе не нравится, надобно пройти темную инициацию. Психиатры утверждают: всего 5% людей способны на убийство. Думаю, благодаря компьютерным играм таких людей уже не меньше 15%, а будет еще больше, но все-таки это не стопроцентное отемновластелинивание населения. Стопроцентное, полагаю, и в годы великих войн не наступало: всегда найдутся мученики-пацифисты, радые умереть за дело мира во всем мире. И неизвестно, к миру или к войне приведут их жертвы.

Что же касается темной инициации, то она заключается отнюдь не в том, чтобы испить крови врага и на костях покататься, как видится наивной гопоте. В особенности — гопоте романтической, пишущей романтически-гопнические романы. Темная инициация не что иное, как выжигание в себе веры в справедливость. Веры, которая теплится даже в душах Мэри и Марти Сью. У персонификаций аффтара, мстящих за жизнь его неприглядную былым и нонешним врагам, неизменно находится отмазка: враг-де заслужил свою кару. Как же, как же, плохое слово о главгерое сказал. Негодящий, басманный суд, но — суд, а не принцип "лес рубят — щепки летят".

Инициация ТВ заключается в том, чтобы потерять эти зыбкие берега справедливости, пересечь Лету и Эвною — и выйти в другой мир. То ли в Аид, то ли в Тартар, то ли еще в какой из адов, описанных мифологией и до дыр задрюченных подсознанием. Здесь должен совершаться суд и взвешивание душ на весах — а ничего не происходит. Ни весов, ни весовщиков, ни судей, ни палачей. Пусто, тихо, и только механизм вселенной тикает, словно гигантские часы. В тех часах жизнь человека не сгодится и в качестве шестеренки, где уж ей мерилом служить. Все врут гуманисты.

На фоне подобных ощущений ты и сам не заметишь, как закладывается краеугольный камень твоего Темного Владычества. Смешно сказать, но множество людей возводит свои Замки Тьмы посреди нашей общей реальности. Маленького города хватает на сотни подобных крепостей, отгораживающих своих обитателей от ничтожных людишек. В мегаполисе ТВ даже не тысячи, а миллионы. Каждый десятый здесь — Темный Властелин чего-то размером с семью, с кассу в супермаркете, с кабинет директора в фирмочке на три с половиной сотрудника. На́большие ТВ строят себе темновластелинства размером с гостиницу, с торговый центр, с издательский дом. Ощущение, будто ты не тварь дрожащая, но право имеешь, разрастается в каждом эмбрионе властелина до желания манипулировать и расплачиваться людьми.

Здесь перед темновластелинышем открываются два пути: путь вахтеров и путь живых мертвецов. Они перетекают один в другой, на них имеются развилки и тупики, так что про это, пожалуй, придется написать новый пост.

А в этом осталось сказать: ничего особо прекрасного в том, чтобы стать моральным уродом и фриком внешне, нет. Употребить собственные слабости в качестве камней для крепостной стены проще простого, куда сложней ужиться с ними, как уживается хрупкий живой организм с холодом, жарой, песчаными бурями и сезоном дождей. Но нет, публике подавай тех, кто построил себе толстостенный форт и дверь закрыл. Откуда у нее такие предпочтения? И об этом поговорим.

Продолжение следует.
Tags: авада кедавра сильно изменилась, пытки логикой и орфографией, разорительная роскошь общения, сетеразм, уголок гуманиста, философское, цирк уродов
Subscribe

  • Зразы с сыром и зеленью, проше пана

    Поляки гордятся своими зразами не меньше, чем итальянцы – пиццей. А вот я никогда не понимала смысла запекания начинки в фарше. В конце концов,…

  • Люля-кебабы в духовке

    "Люляки-бабы", как писали в меню советских столовок, насколько мне помнится, были серыми водянистыми тефтелями, от которых почему-то исходил запах…

  • Морковно-имбирные оладьи без яиц

    Очередная постная выпечка. Проблема постных блинов и оладий - отсутствие "румянца", а его обуславливает наличие в тесте меланжа, то есть сдобы -…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 134 comments

  • Зразы с сыром и зеленью, проше пана

    Поляки гордятся своими зразами не меньше, чем итальянцы – пиццей. А вот я никогда не понимала смысла запекания начинки в фарше. В конце концов,…

  • Люля-кебабы в духовке

    "Люляки-бабы", как писали в меню советских столовок, насколько мне помнится, были серыми водянистыми тефтелями, от которых почему-то исходил запах…

  • Морковно-имбирные оладьи без яиц

    Очередная постная выпечка. Проблема постных блинов и оладий - отсутствие "румянца", а его обуславливает наличие в тесте меланжа, то есть сдобы -…