Инесса Ципоркина (inesacipa) wrote,
Инесса Ципоркина
inesacipa

Categories:

"Ждали-то Бога, а прислали-то вас"


Очередной графоман премирован "Русским Букером". И отчего меня это не удивляет? Слышала, в жюри взяли скульптора Рукавишникова, Шурика, сына Иулиана. Ну как же им было разобраться в современной прозе без мазаедела нашего, аффтара Шолохова в лодке и мясного ряда у ног его, а также памятника Достоевскому, прозванного немедля "Приемом у проктолога". Премного, говорят, обижен был на неинтеллигентность московской публики, ругал наш бескультурный культурный уровень. Ништо, мы, москвичи, народ крепкий, Церетели пытаный. В гробу видали господ интеллигентов с богатым их внутренним миром. И что же теплая компашка перемигивающихся собутыльников откопала в своих шот, извините, листах на сей раз?

Только что новость прошла по поисковикам (я не следила, но мне сообщили). Не удержалась, глянула на облагодетельствованное сынами иулиановыми "Возвращение в Египет". Да-а-а, этот случа́й всех злее. Конечно, "Возвращение в Египет" вам не скандальный "Цветочный крест", выдвинутый на номинацию помирающим циничным ололо из мэтров, но... снова религиозный романчик со штаммом с посевом вечного-доброго, но не чересчур разумного. Так, чтобы "погладить кинки" родимой интеллигенции: бред преследования на фоне мании величия со всеми подтекающими мякотками-писечками, столь любимыми букеровским жюри.

Тут вам и:

а) семейство, связанное узами семикисельного родства ажно с самим Гоголем. Главгерой именуется Николаем Васильевичем Гоголем (Вторым) (хоть ты и седьмой, а дурак). На потомках, знамо дело, природа отдохнула, но это ж истинное блаженство для людей никчемных (из которых класс интеллигенции состоит чуть менее, чем полностью) - выявить родство с кем-нибудь знатным и/или знаменитым. При наличии отсутствия иных достоинств знак "своего", "избранного" горит на челе дальнего родственника, аки клеймо единственная звезда на неоновой вывеске мотеля.

б) секта бегунов, одно из беспоповских направлений старообрядчества - мистика! богоискательство! наследственная память! о как причудливо тасуется колода! - и пухлые ручки, прижатые к немолодым грудям от чувств-с. К немолодым грудям букеровского жюри. Любят у нас взрослые пьющие дяди поиграть в ДБД с ОБВМ, чай мате, конфетки-бараночки, диссидентские споры в ресторации ЦДЛ (эх, жаль, не "Грибоедов" - но тоже "словом, ад"). Приятная, необременительная и безответственная манифестация себя как титулярного интеллектуала.

в) роман как бы в письмах, тяжкий и скушный, переходящий в роман в эсэмэсках - но всё такой же уныло-дидактический. Короткие изречения, которыми, словно в твиттере, перебрасываются плоские, ничем не примечательные и даже не обозначенные персонажи романа, перемежаются жежешным, обстоятельным бабьим лытдыбром и рецептиками: как кого похоронили, куда чей родич намылился, какие бумажки к чему подшивать. Знакомая, милая сердцу информационная среда - болотце да песочница.

г) море советов от кормчего: как от жизни убежать так, чтоб ни единым обязательством не достала, проклятая. Родственная всякому эскаписту идеология, оправдывающая любую трусость, любую подлость, любое неодобрительное молчание при виде беззакония, беззаконием, естественно, не замеченное - фига в кармане, навек любименькая.

Тут требуется некоторая информация про старообрядцев-бегунов, которые также именовались скрытниками, сопелковцами, подпольниками, голбешниками. Было их три группы: а) «записные», согласившееся записаться; б) «укрывающиеся за попами», за взятку попам скрывшие принадлежность к старообрядчеству; в) «странники», предпочитавшие нелегальное положение. Последние заявили, что первые две группы должны каяться и нести епитимии. Они считали, что невозможно сохранить «истинную церковь», контактируя с «антихристовым» миром, необходимо бежать и скрываться от «антихристовых» властей.

Кормчий делит мир как бы на три сословия. Первые, убегая от зла, тем самым спасают себя и других. Вторые слабее, но они, давая кров и приют бегунам, тоже спасутся. Все прочие признали власть антихриста, живут по его правилам и узаконениям. Их участь – погибель.

И вот с ними-то, побегайками, сравнивают Гоголя, человека бесстрашного и принявшего на себя возмущение от всех сословий, обиженных его сатирой.

Капралов не любит Гоголя, хотя признает, что боком и он из бегунов. Даже считает чем-то вроде наставника, а Хлестакова с Чичиковым его учениками. Говорит, что Гоголь учил обоих на ощупь чувствовать зло, как оно сгущается. Тогда срываться и бежать. Бежать, не медля и не оглядываясь. И им, и ему было легко, покойно в дороге. Всё плохое оставил за спиной и, нигде не останавливаясь, едешь, едешь. Я спросил Капралова, что же он ставит Гоголю в вину. Он ответил, что тот мало перед чем останавливался. Намеренно поощрял Хлестакова с Чичиковым самих творить зло. Творить не раздумывая, не сожалея, весело и артистично.

Гоголю он в вину ставил, голбешник, что тот людей насквозь видит, а не твиттер-гуру из себя строит. Хорошо эдак на досуге гения поругать, себя ненароком возвеличивая.

Кормчий говорит, что, побежав, человек свидетельствует перед Богом, что ничто земное его больше не держит. Что теперь, будто для ангелов, для него один Господь – начало и конец всего.
Дядя Артемий – Коле
Согласен с бегунами. Борьба со злом – дурная утопия. От греха необходимо бежать. Праведникам пора перестать покрывать зло, как в Содоме, прикрывать его собой. Нужно оголить грех, чтобы Господь сжег, уничтожил его на корню. Иначе никогда и никого не спасешь.
Коля – дяде Ференцу
Кормчий говорит, что во время войны, голода, эпидемий миллионы людей, разом уверовав, обращаются в бегство и тем спасаются. Но человек так предан злу, что, едва всё успокоится, он там, куда его занесло, или вернувшись на прежнее место, снова пускает корни.
Коля – дяде Степану
Странник, как речная вода, течет и течет мимо стоячих оседлых берегов, если же остановится – сразу загнивает.


И до того все эти "премудрости" похожи на мещанско-форумную моральку наших дней: если будешь хорошей девочкой, ничего плохого с тобой не случится, даже токсикоза! - что удивляет лишь, почему это пишет мужчина от имени мужчин же. Перед нами предстает психология флай-леди, которая в зашнурованных наглухо кроссовочках по хозяйству шустрит, и от себя, и от жизни убежать пытается.

А красот-то в тексте, красот! Перловки на роту голодной солдатни хватит.

Из Казахстана со случайной оказией пришло грустное письмо от Сони. - "Случайная оказия" всплывает в первой же фразе, а дальше ишшо прекрастнее.

Было ясно, что на такой жаре ей придется закопать Колю не позднее, чем следующим вечером. Ждать, что за это время на заброшенном тракте по соседству кого-то удастся сговорить, глупо. - Какая разница, что слово "сговор"означало преступное деяние или помолвку перед свадьбой, а никак не договор на копание могил? "Сняв с высокой волнующейся груди кокошник, она стала стягивать с красивой полной ноги сарафан"...

Машины им давно не пользовались, а люди если и забредали, то редко – надеяться на это не стоило. - Машины не пользовались трактом, а люди не пользовались машинами. Постапокалиптика, натюрлих.

Многие держат связь раннего Гоголя и «Выбранных мест» за мезальянс... - За какие места они Гоголя держат, прасцици?

Психоанализ тоже недобр. С ним мы верим, что всё в нашей власти. Человека, как глину, можно размочить, размять и лепить наново. Или даже, как игрушку, развинтить на части. - Хорошо размоченный психопат в фиксации не нуждается!

Ну и страшилки про восточные зверства в препорции:

Теперь же, когда этих адвентистов, как и других русских сектантов, режут в Фергане целыми деревнями, когда тех, кто еще жив, надо спасать, выводить из дома рабства, Коля, будто он был там, объясняет, что они встали и пошли за ним, пошли, пусть и с печалью, но без робости.
Он настолько в этом уверен, что почти ликует, рассказывая, как и через какие перевалы они спускались с Памира. Как, направо и налево раздавая деньги местным начальникам и проводникам, пересекли Алайскую долину и Алайский хребет, а затем краем обогнули Ферганскую долину – самое страшное для них место.


И невиданные, поистине бебиковы познания в истории:

25 марта – день Благовещенья у католиков, 7 апреля (день возвращения носа к Ковалеву) – у православных, и поскольку весь календарь и вся история человеческого рода идет от Благовещенья и от Рождества Христова и, значит, нового рождества человека, и вне Христа никакой истории нет и не может быть, то это время есть время мнимое, несуществующее. - Да ну? А что ж мы, дураки такие, на истфаке на первом курсе сдавали - все эти сраные Междуречья и Древние Египты? Не было, значицца, Египта и истории? А откуда ж тогда случился Исход, о котором вы столь высокого мнения, голбешники?

В сущности, эта разница в датах и в календаре, отнесенная туда, назад, на две тысячи лет, есть главное отличие веры православной от веры католической. - А что Великая схизма 1054 года, григорианский календарь 1582 года - этот факт не мешает отнести на двадцать веков то, чему и тысячи-полутысячи лет не исполнилось? Каким образом глубоко верующий и много думающий о церкви и религии человек может этого не знать?

И литературное понимание Гоголя, глубокое, словно коронарное шунтирование через задницу:

Гоголь родился там, где два христианства – католичество и православие – давно пересекались, сходились и врастали друг в друга, где братья по крови: поляки, русские, украинцы – и братья по вере – и те и те христиане – враждовали сильнее, ожесточеннее и дольше всего, в месте, где они убивали друг друга, – и в самом деле дьявольском. Украйна, бывшая окраиной и для Польши, и для России, была рождена их смешением и их ненавистью. То буйство нечистой силы, какое у Гоголя, – из его веры, что на земле нет места, где бы нечистой силе было бы лучше и вольготнее, чем здесь.

Кто "Сорочинскую ярмарку" читал, заметил, насколько там сотонизьму-мистицизьму больше, чем в Петербурге с его благолепием? Что вы говорите? Вот и я отчего-то не заметила разницы.

И бесцветные чувства, выраженные к тому же телеграфно-эсэмэсочным стилем:

Александра – Коле
Однажды твоя мать сказала, что в ворота между Ходынкой и Трубной она вошла в Новочеркасске в ту ночь, когда зачинала тебя.
Александра – Петру
Мария рассказывала, что с помощью гармашевского пайка Паршин понемногу ее подкормил, вернул уже забытое ощущение сытости, оттого ее плоть принимала его, хоть и без радости, но с готовностью.


Сей роман перетолковывает на узколобый сектантский манер те моменты из истории и культуры, которые любит наш интеллигент за рюмкой чаю "изынтерпретировать". Ладно бы все вышеперечисленное подавалось как мироощущение персонажей, не разделенное автором, воспринятое им критически и критически же осмысленное. Так нет в опусе автора. Совсем нет. Есть только длиннейшая колбаса писем, из которых ни черта не выводится и не брезжит, и не виднеется. Знавала я книггеров, которым вручали эдак пару-тройку коробок с архивом очередной знаменитости на предмет литобработки - те, кто любил схалтурить, выдавали в результате точно такую же переписку, ничем воедино не связанную: бумажную, сетевую, треп по аське. И что вы себе думаете, их сразу номинировали на "Букера"? О злые, бессердечные заказчики, возвращавшие шыдевр с возмущенным клокотанием: переписааать! что вы себе позволяете! Мир несправедлив. Одним букеровскую премию, другим штраф за срыв дедлайна. За одни и те же художества!

Результатом очередного "аятаквижу" стало некое подобие компьютерно-фэнтезийного квеста, в ходе которого персонажи идут себе и идут, перебрасываясь заполошными нравоучениями и откровениями - а что им еще делать? Жить не приучены, приучены выживать и спасаться. Если и сквозит в сумбурном писеве-месиве какая идея, то лишь нехитрая, трусливенькая мыслишка:

Я на корабле, служу здесь простым матросом. Впрочем, кормчий относится ко мне так хорошо, что время от времени думаю: а что, если и я избран? А что, если и вправду спасусь?
...
Кормчий говорит, что вне общины бегунов всё принадлежит антихристу. На домах, на полях, на торгах – везде его печать. Вовне только грех и погибель.


Беги, кролик, беги. Не то как поймает тебя Мазай, как посадит в свою лодку, как отвезет на базар... "Там дураков поди много, а зайцев мало".

Большое спасибо yu_sinilga за информацию и находки в сем произведении.
Tags: авада кедавра сильно изменилась, литературная премия Дарвина, пытки логикой и орфографией, сетеразм, сказки для очень взрослых, уголок гуманиста, фигак!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 99 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →