Инесса Ципоркина (inesacipa) wrote,
Инесса Ципоркина
inesacipa

Category:

Русская зависть как национальный двигатель

Мальвина-Саша-Грей


...я был занудой и втайне завидовал людям, чьего поведения не одобрял.
Олдос Хаксли. Гений и богиня


Продолжим разговор о связи сеттинга и перса. Многие авторы считают, что мир выстраивается вокруг героев, а не наоборот. Что ж, бывает и так - например, в мирах-отражениях у Желязны. Но большинство фантастов все-таки используют более ли менее стабильные миры, не зависящие от воли главгероя. Тем более, что у него, бедолаги, как правило, нет воли. У него есть набор масок, удобных для данной сцены - однако с волей у него туго.

Героя, который, по идее, должен формировать событийный ряд, потребности сюжета кроют, словно бык овцу. Если надо, то он последний романтик с сердечками в глазах, а через сцену уже безжалостный носитель кодекса чести, потом весь из себя книгочей и интеллектуал в беседе с магом - и неизвестно, кем он станет в следующей главе. Не переставая быть печальным и недолюбленным подростком по сути своей. Ну или милая, воспитанная, достойная всего самого лучшего мамина-папина дочка вмиг преображается в безбашенную, никого и ничего не боящуюся шалаву, стоит ее забросить в миры, где нет ни мамы-папы, ни полиции-милиции, ни одного защитника до самого горизонта и за горизонтом тоже. Странно, но именно этот накал вызывает в мямле перерождение в...

А вот во что, прям так сразу и не скажешь. Больше всего похоже на сексуальные ролевые игры.

Есть у человека известная сексологам особенность - выбирать себе роли, обратные модели поведения в повседневной жизни, в семье, на работе, на отдыхе. Магнаты и боссы частенько выбирают роль саба: нижнему не надо ни о ком заботиться, ничего решать, ни за что отвечать, расслабься и принимай то, что тебе дают. Зато мелкие, жадные, пугливые и одновременно безрассудные предпочитают роль отвязных, бесстрашных и опасных. Тех, с кем считаются, тех, кто производит впечатление.

Поэтому люди молодые и/или не слишком успешные, которых не только не уважают, но и не замечают, страсть как любят писать про тех, кого население описываемого мира боится - боязнь есть та форма уважения, которая МТА понятна. Поскольку уважение, основанное не на страхе, им совершенно незнакомо - оно ведь из разряда отношений между взрослыми людьми, а аффтары дети. Причем нередко пожилые. Но оттого не менее завидущие.

Итак, несчастное, изолгавшееся существо, играющее свою роль в соответствии с правилами сексуальной ролевушки, помещают в такие миры, в каких лелеять свою свежесть, буйство глаз и половодье чувств никому подолгу не удается. В миры, где взрослеть надо быстро, ударными темпами, потому что вокруг война или семибоярщина, разруха или постапокалипсис. И они не станут ждать, пока ты отстрадаешь страхом взросления и кризисом идентичности. Авторам нравятся миры, полные простых и страшных проблем, поскольку в таких мирах продвижение молодых на самый верх социальной лестницы происходит куда проще и быстрей, чем в благополучных вселенных, где дряхлые старцы от тридцати и выше закупоривают собой путь на социальный Олимп и не дают прохода бравой молодежи пубертатного периода. И вместе с тем МТА не представляют себе, какого рода персы действительно могут выжить (не говоря уже о том, чтобы возвыситься) в мирах на подкладке из геноцида.

Они подменяют реальное представление кучей ничего не значащих слов. "Жестокий и хладнокровный политик", "беспринципный и бессмысленный беспощадный наемник", "юный невинный ангел", "чувственная развратная интриганка"... Молчание какангелов и недержание мачо. О сколько их упало в эту бездну читательского забвения, беспринципных и беспощадных, бывших на деле ранимыми и чувствительными!

И я ведь помню, как это начиналось! Да и вы помните. Благо всё это было недавно, просто мы не обратили внимания на очередной обвал рынка литпродукции - как, впрочем, и всегда.

Рубеж веков прошел в эйфории: кончились 90-е, кончились, мы выжили, ура! Первая половина 2000-х прошла под знаменем романтизации силы и натиска - искусство все еще допиливало опилки последнего десятилетия века минувшего, когда сила ценилась даже там, где проку от нее было ноль целых хрен десятых. А во второй половине 2000-х захотелось праздника. То ли подросли поколения, рожденные накануне проклятых 90-х и проведшие это времечко в несознанке раннего детства, то ли скучно стало читать про рэкетиров и милиционеров, играющих в "казаки-разбойники" за счет мирного населения. К тому же закончившиеся 90-е унесли с собой одну вещь, по которой всегда тоскуют подростки и почти никогда - взрослые.

Внезапное продвижение по социальной лестнице неизменно связано с авантюрой и с нестабильностью социума. В смутные времена состояния и карьеры кем только не делались. Можно было прийти с улицы в самую снобскую фирму, компанию, СМИ - и зацепиться там, заякориться, начать свой путь наверх с нуля и за считанные годы достичь пусть не верхов, но вполне приличного положения. В 2000-е эта возможность истаяла: стабильное общество всегда слишком традиционно, слишком осмотрительно, требует рекомендаций-дипломов-опыта, десятилетий работы низшим пищевым звеном - иначе никакого хода наверх. Но и скатиться с верхотуры в нем не так-то просто: можно и под суд попасть, и в скандалах засветиться, и вообще быть тупой орясиной - и все равно иметь наглость баллотироваться на пост президента.

Люди, чья жизнь как была, так и оставалась ничем не примечательной рутиной в любые смуты и семибоярщину, возмечтали о том, из чего население империи не знало, как вырваться - всего-то лет пять-семь назад. В основном в мечтатели подались те, кто по молодости по глупости воспринял падение империи как цирк с конями. Потому что у этих романтиков имелись полные сил и решимости родители, вставшие стеной между временем и своими деточками. Деточки искренне хотели играть со старшими во взрослые игры, но их не пустили. И они остались без своих контрольных пакетов "Норникеля" - но и без пули в голову, и без взрывного устройства в машине. Ну да, о "побочках" деточки постарались не вспоминать. Им просто казалось, что большие ушли в яркий взрослый мир и зажили в нем полной жизнью, а их с собой не взяли. Малюток грызла зависть.

А потом эти деточки подросли и принялись самовыражаться.

В 2007-2008 году на нас обрушилось сразу три классика женского юмористического фэнтези: Петрова со своей "Лейной", Громыко со своим "Белорьем" и Мяхар со своим гомогенным петросянством. Как будто кто-то где-то спросил ненавязчиво: хахатули, не надоела ли вам романтизация войн, тоталитаризма, бесприютных пепелищ и зараженных территорий в современном искусстве? И хахатули хором ответили: йессс! сделайте нам красиво! сделайте нам смищно!

Все в курсе, что потом случилось: волна попаданок, ведьм и просто клоунесс, неотличимых друг от друга. И, что характерно, эпигоны не были ни на йоту слабей "основоположниц". Они просто были не первыми - да и эта троица первой не была. Девы опустили фэнтези на уровень любовного чтива с сердечками на обложках. Думаете, этого не делали до них? Конечно, делали. Они просто добавили японским гаремникам нашего, сермяжно-посконного колорита. Родимые офисные девы, в один момент получающие силушку былинную и всех фертильных представителей всех самых красивеньких рас в иномирье. Бесталаные студентки, путем озарения постигающие то, что по-хорошему-то нужно учить и осваивать путем сотен повторений. Ржущие, как припадочные кони, напарники-волшебники, магическая гопота в непроходящей накурке. Возвышение, инсайт, пик-переживание. А потом то же самое - для мужской версии ГГ.

Это была своего рода детская сказка для взрослых - или для мелких завистников, которые хоть и числились взрослыми, но лишь по паспорту. Их не взяли играть с "большими". Может, родители не пустили, боясь за свою кровиночку, а может, некуда было деточку пристроить - так, чтобы без ужасающих последствий. На рубеже веков практически повсеместно случалось так, что вчерашние школьники-студенты становились стрелочниками в фирме-однодневке, пилящей бабло. Но и тот, кто поиграл "с большими", хлебнул лиха, мечтал отомстить обидчикам, транжирящим народные деньги по Ибицам-Куршевелям. И был непрочь насладиться картинами унижения и уничтожения "олегархов" - неважно, в каком обличье, темных магов или черных властелинов.

Вот и лились млеком и медом в ширнармассы всякие историйки о мстителях-истребителях, Бэтменах, самозародившихся в недрах правозащитной системы. А для женской части населения это были ведьмы, ведьмы, ведьмы. Тоже самозародившиеся в недрах какой-нибудь офисной серой мышки, о чьем мнении, а тем более о способностях-потребностях никто никогда не спрашивал, включая маму с папой. Зато после заковыристого проклятья, насланного на первого попавшегося мимокрокодила для острастки, все огого как посмирнели! И сразу жить стало лучше, жить стало веселей.

Да, это глупо, неестественно, нездорово. Кому и кобыла невеста, кому и вампир жаних. Но много ли надо поклонницам такого жанра, когда их главное предпочтение - история про Золушку, которой выпал очередной шанс и она вовсю зажигает на танцполе?

Такие ситуации я называю попаданием в градус общей банальности. Они-то и есть Большой Успех - правда, на Западе из него бы сделали деньги, как из "Пятидесяти оттенков серости". А здесь из него получаются имена, которые у многих на слуху. И слухи эти - пустые.

Ничего не зная ни о книге, ни о писателе, приятно порассуждать насчет обоих. Чем публика, по большей части, и занимается. Читателю, что забавней всего, лень даже открывать очередное произведение очередной звезды очередного "демократичного" издательства. Читатель устал от демо-версий литературы, кредит его доверия выбран подчистую. Он в лучшем случае проглядывает новинку, но чаще ориентируется по анонсу и паре отзывов, оставленных самыми пылкими душами на литресурсах. Может, конечно, одолеть пару глав, но прочесть всю книгу? Помилуйте, зачем? Разве что читатель останется с этой книгой один на один в приемной стоматолога или в вагоне поезда.
Tags: авада кедавра сильно изменилась, история солжет как всегда, монументы на колесиках, пытки логикой и орфографией, сетеразм, уголок гуманиста, фигак!, цирк уродов
Subscribe

  • Родовое проклятие подлости

    Рассказывают, Жучкова со своими говорящими глистами (какой-то Филипп Хорват, он же Гор Потоков, он же Прорыв Унитазов, он же Гнусный Ублюдок, он…

  • Вести из авгиевых конюшен

    Про меня давеча написали поэму. С каждой попыткой меня обличить я становлюсь все эпичнее и эпичнее. Нет, в романах меня уже выводили (один раз даже…

  • "Я была молода, мне нужны были деньги"

    Весна, апрель, день дурака всё не кончается. Наверно, поэтому критикесса Аннушка-чума Жучкова всё лезет и лезет ко мне во френды. И хоть бы декор…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 162 comments

  • Родовое проклятие подлости

    Рассказывают, Жучкова со своими говорящими глистами (какой-то Филипп Хорват, он же Гор Потоков, он же Прорыв Унитазов, он же Гнусный Ублюдок, он…

  • Вести из авгиевых конюшен

    Про меня давеча написали поэму. С каждой попыткой меня обличить я становлюсь все эпичнее и эпичнее. Нет, в романах меня уже выводили (один раз даже…

  • "Я была молода, мне нужны были деньги"

    Весна, апрель, день дурака всё не кончается. Наверно, поэтому критикесса Аннушка-чума Жучкова всё лезет и лезет ко мне во френды. И хоть бы декор…