Инесса Ципоркина (inesacipa) wrote,
Инесса Ципоркина
inesacipa

Categories:

Потомки прославленных


Если не половина, то по крайней мере четверть обозримого ЖЖ-пространства обсуждает проблемы генеалогии. Сигает по фамильным древам и шарит в корнях и кронах, пьянея от перебродивших плодов познания. И многие всерьез верят, что таланты передаются по наследству. Не наклонности и способности, а таланты, как они есть, готовенькие, с укоренившимися навыками и уровнем развития.

Будь я потомком писателя, я бы в ответ на подобное предположение поморщилась. Что же это получается? Получается, ничего я не достигла, разве что дала себе труд родиться в семье выдающегося деятеля? Притом, что порода - это фамильные бородавки, болезни и экстерьер. А реализованный талант есть результат длительной индивидуальной работы, о чем доморощенные генеалоги почему-то забывают. И не они одни, кстати, забывают. Некоторые потомки тоже предпочитают не вспоминать, что не фамилия должна прикрывать их нравы, а они должны вести себя так, чтобы не позорить фамилию.

Это я к тому, что вспомнилась мне история, приключившаяся в непосредственной близи от моего собственного носа. История, в которой приняла непосредственное участие соавторша моя БМ и Яков Иммануилович Маршак. Да-да, внук того самого писателя, на книгах которого все мы выросли.

Яков Иммануилович, не обладая и малой толикой дедушкиного дара, задумал написать книгу. О наркологии. О своем методе излечения наркоманов, если быть точнее. А что? Дело хорошее, полезное. Неспособность Якова Иммануиловича двух слов связать, сами понимаете, в век книггеров препятствием не является, достаточно найти хорошего, как сейчас стыдливо говорят, литобработчика.

Ну так издательство нашло БМ и предложило ей ноу-хау г-на Маршака превратить в текст. А г-н Маршак предложил начать работу сей же час, в долгий ящик не откладывая. То есть он будет рассказывать БМ, в чем его замечательный метод состоит, БМ будет записывать сказанное на диктофон и превращать в текст, пользительный и интересный г-же публике. Так оно всегда и делается. После заключения контракта.

Правда, было в этом предложении сразу два "но".

Первое "но" состояло в том, что г-н Маршак и говорить был не мастак. Невзирая на настойчивые просьбы немедленно приступать к написанию, при появлении БМ он лишь усиленно заморгал "А я не знаю, что делать..." Но вскоре сориентировался.

Нет, он не начал наговаривать текст. Он предпочитал показывать. Что показывать? А вот что Малахов-старший на передаче показывает. Язык мог показать. До самого корня. Процедуры всякие типа промывания носа через рот (или наоборот, в подробности я, человек брезгливый, не вдавалась). Он показывал упражнения кундалини-йоги, среди которых преобладали утомительные и неприличные. Еще он показывал свои коллекции живописи и свое генеалогическое древо, ведущее, как он сам утверждал, аж до самых Рюриковичей. Знаменитого и талантливого дедушки ему было мало и Яша Маршак норовил совершить привой себя на генеалогическое древо Рюриковичей. А что? Еврей Рюрикович. Нормально.

И если Яков Иммануилович о чем и говорил, то годилось оно разве что для мемуаров. Ругмя ругал завистников и предателей. Клеймил рейдеров, отнявших у него клинику. Жаловался на застарелый алкоголизм. Хвалился предками и кокетничал неумением обращаться с техникой - от диктофона до компьютера вплоть. То есть намекал на необходимость взять над ним шефство.

Словом, Яков Иммануилович оказался нарциссическим треплом, из трепотни которого извлечь материал для книги было в высшей степени сложной задачей. К тому же нарциссическое трепло, как оно всегда бывает, не интересуется результативностью общения. У него другие цели. И главная из них - показать себя со всех сторон, включая и ту, на которую зритель по доброй воле смотреть не согласится.

БМ сломалась на объяснении, что кундалини-йога, если интенсивно работать сфинктером, может вызвать "легкое оргастическое ощущение" (цитата!). Демонстрация достижения поименованного состояния вызывала у нее шок. А после шока Боевая Мышь покинула честолюбивого потомка выдающегося писателя и возвращаться не пожелала.

Тем более, что второе "но" исключало любые требования Якова Иммануиловича. Поскольку присутствовать при его шалостях БМ должна была ПОСЛЕ заключения шаловливым йогом договора с издательством. А шаловливый йог всеми фибрами своего тела, поддерживаемого кундалини, отлынивал от подписания. Но и брать оплату за литобработку на свои хрупкие йогические плечи не собирался.

Яков Иммануилович, попросту говоря, мухлевал, как последний из цыган на последней из ярмарок. Сладко улыбаясь, он заявил: "Работайте, дорогая, работайте, кто-нибудь да заплатит, не это издательство, так другое, а я еще подумаю, которому из них отдаться!" И, когда БМ ясно дала ему понять "Так не пойдет!", ужжжасно оскорбился. Хотя его поведение было примитивнейшим кидаловом. Что заметил бы и книггер-первогодок, еще не утративший веру в то, что всякий заказной труд должен быть оплачен.

Естественно, БМ прекратила дозволенные речи, вернее, недозволенные показы кундалини-актов и кундалини-мантр, которые непонятно кто должен был оплатить в день морковкиных заговин.

Адекватный человек после отказа ходить к нему и бесплатно любоваться промыванием внукописательской носоглотки и работой внукописательского сфинктера вздохнул бы, пожал плечами и приступил: а) к оформлению бумаг, б) к работе над книгой. Так то адекватный. А Яков Иммануилович не таков.

Для начала он попытался надавить на "начальство". Не найдя требуемых персон на рабочих местах, он с горя метнулся в студию "Три Тэ" Кончаловского. И оттуда через некоторое время позвонили ошарашенные сотрудники: "Слушайте, у нас тут сидит Маршак и три часа жалуется, что какая-то Лена его бросила!" Редактор, мягко говоря, прифигел от уровня претензий Якова Иммануиловича.

Затем г-н Маршак посетил издательство, с которым никак не решался узаконить отношения. Да не один, а с женой. Жена должна была вступиться за мужа-нарцисса и привести издательство, равно как и БМ, к беспрекословному повиновению. Надо сказать, что г-жа Маршак - классический соаддикт. Так же, как ее супруг подсел вначале на алкоголь, а потом и на самодемонстрацию, она подсела на супруга и на мир глядела его глазами.

В то время, как Яков Иммануилович пел мантры и работал сфинктером, пренебрегая вербальным изложением своего неподражаемого ноу-хау, его дражайшая половина без конца норовила "увиноватить" БМ. "А почему так долго?" - вопрошала она с возмущением, не понимая, что литобработчик делает великое одолжение, приходя раз за разом для удовлетворения эксгибиционистских потребностей литературно неодаренного внука выдающегося писателя. Мысль о том, что вина за это "долго" целиком лежит на Якове Иммануиловиче, не помещалась в ее голове.

Хорошо, что БМ не из тех книггеров, которым можно подмочить репутацию нытьем и сплетнями. Потому что человека нового, издателям незнакомого, подобной активностью можно опустить ниже плинтуса. Надо же, ей дали заказ, а она заказчика пидманула-пидвела. Бросила. Оскорбила в лучших чувствах. И какого заказчика! "Такого дяди племянница, а вавилоны на голове устраиваешь!"

В издательстве оскорбленная чета сочувствия не обрела. Издательству хотелось подписей и результативности. Издательство не пожелало питать нарциссизм г-на Маршака ни за свой счет, ни даже за счет БМ. Вот такие жестокие люди. Глухие и слепые к потребностям жуликоватых потомков прославленных отцов и дедов.

Договора нет до сих пор. Зрителелюбивый Яков Иммануилович уехал к чукчам. Лечить их от алкоголизма, от которого и сам не вполне избавился. Потом, очевидно, будет искать, кому бы из издателей отдаться для вящего наслаждения. Надеется получить свое. Большую выгоду и легкое оргастическое ощущение.

А вы говорите - потомки. А вы говорите - ум, честь и совесть. А вы говорите - генеалогия.
Tags: монументы на колесиках, фигак!, цирк уродов
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 121 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →