October 23rd, 2019

Элли с выпивкой

Каннелони


Каннелони - не что иное, как вариант лазаньи, только приготовленной не пластами, а рулетиками, запеченными под соусом. И для лазаньи, и для каннелони используются листы пасты (для каннелони также берут готовые трубочки пасты, но их неудобно фаршировать, тут нужен навык, они хрупкие). Каннелони заворачиваются в листы пасты размером примерно 10 х 15 см. При этом пасты на каннелони, как правило, уходит меньше раза в полтора-два. Но и самих каннелони выходит не очень много - две-три порции, в зависимости от размера формы.

Листы для лазаньи можно сделать самостоятельно, из пшеничной муки твердых сортов или из цельнозерновой, на яйцах или на воде (итальянцы, конечно, против такого издевательства над пастой, как цельнозерновая мука, но она определенно полезнее пшеничной).

Collapse )
Ковбой

Решение своих проблемок за счет литературы, или Если бы Шариков был сукой


На смену Жучкам-Шариковым пришли Швондеры, члены уже не столько литературной, сколько политической тусовки. Это вам не кошек душить в очистке. Некто Георгиевская, упомянутая в посте про решение СВОИХ проблем за счет литературы, при всяком удобном случае лебезит перед Марией Степановой, расхваливая все эти "лицо спины наставя на назад": "Ах, какой талант, Мария, ах, какая великая поэзия!" Искренне — или чтобы хозяйка "Колты" "гендерные штудии" Георгиевской у себя публиковала? Вполне возможно, что первое родилось из второго. Знаете, есть такие искренне лебезящие личности, прячущие истинные мотивы под хорошими, да так, что ни один психоаналитик не докопается.

Зато когда после вылизывания зада ее пустят "на площадку", Георгиевская научит читателя, как относиться к критикам, кои "девочек обижают": "Характерно, что Кузьменков не способен представить женщину как субъекта..." (Как субъектА! Хороша альтернативная орфография в статейках "думающих в правильном ключе".) "Это всегда объект — неважно, мужского вожделения или мужской раскрутки. У критика не укладывается в голове, что Васякина может рефлексировать сама по себе, пробиваться сама по себе, что за её левым плечом не стоит издатель Илья Данишевский, нашёптывая кощунственные фразы, точно Мефистофель". Милочка, Мефистофель не стоит за левым плечом, он всего лишь литературный персонаж. За левым плечом человека стоит демон-искуситель, он же черт, персонаж мифологический, а не литературная его персонификация. Впрочем, откуда георгиевским знать разницу...

Collapse )