August 22nd, 2018

Элли с выпивкой

Цукаты из апельсиновых корочек


Как правило, цукаты из корочек разных цитрусовых я готовлю в небольших количествах. Редко в наших широтах бывает так, что в доме хранится много-много килограмм апельсинов или, что еще удивительнее, лимонов, потом они съедаются в один присест, а корочки идут на цукаты. Не такой уж у нас теплый край, чтобы лимоны-апельсины шли в рацион в изобилии, как картошка. Однако со временем я, чтобы не возиться с несколькими очистками, стала складывать лимонные и апельсиновые корочки в пакет и замораживать в морозилке. Потом, не размораживая, заливать водой и ставить вымачиваться. В результате на вымачивание требуется даже меньше времени, горечь уменьшается еще при заморозке, а количество цукатов, полученное в результате, действительно впечатляет.

Collapse )
Элли с выпивкой

Дао писателя. Часть тридцать седьмая: вредитель-даритель-сапожник-портной


Ну что за придурки, сказал он себе. Сборище недотеп, которых ни одно другое тайное общество ни в жизнь не удостоило бы прикосновением десятифутового Жезла Власти. Даже простейшему тайному рукопожатию не могут научиться — уже все пальцы себе вывихнули.
Но в недотепах таятся великие возможности. Умелых, подающих надежды, честолюбивых и самоуверенных — этих пускай кто-нибудь другой принимает. Он же возьмет скулящих от обиды, тех, у которых живот распирает от яда и желчи, тех, которые убеждены: представься им возможность — и они очутятся на коне. О да, ему нужны такие люди, в которых потоки яда и мстительности едва сдерживаются хрупкими дамбами, построенными на комплексах неумех и бездарностей.
Не говоря уже о непроходимой тупости. Каждый из них дал страшную клятву, но ни один даже на секунду не задался вопросом, что за фиггин будет наколот на шип острый.
Терри Пратчетт. Стража! Стража!


Эту цитату мне напомнил френд Данила (хорошее былинное прозвище — Данила-френд) Косенко. И я сразу вспомнила высказывание некого существа (одного из тех, кого я называю сетевыми личинками — впоследствии из них вырастают феечки, ДБД и сетелизы) о том, как оно ниасилило Пратчетта — а потому что заумь! Меня тогда изумило, до какого же отупения надо дойти, чтобы не понимать нарочито простого пратчеттовского языка, похожего на язык сказки — таким можно разговаривать и с детьми, и со взрослыми.

Collapse )