Инесса Ципоркина (inesacipa) wrote,
Инесса Ципоркина
inesacipa

Categories:

В пятницу, тринадцатого вечно я что-то решаю...


Так уж получается. Если кто-то с ужасом ждет пожара-потопа-свадьбы-развода, грядущих аккурат в этот день, то я, оказавшись посреди дилеммы, понимаю: ё-о-о-опт! Сегодня же именно такой день, когда я увольняюсь с насиженных мест, выбрасываю належанную мебель и расстаюсь с надежными людьми. Маменьку мою, помню, эта привычка с ума сводила. Ей казалось, я таким образом намеренно демонстрирую свою неблагодарность и нечувствительность.

А дело было в пятнице, тринадцатом. Именно в этот день мне все видится в реальном свете. Я вдруг начинаю понимать, что на насиженном месте можно просидеть до седых волос, да так ничего, кроме геморроя, и не высидеть. Что мебель только потому и считается мебелью, что новую покупать дорого, хотя на самом деле это орудие пытки какое-то. Что надежные люди, может, и обнадежат кого, но только не меня.

Значит, пора расставаться, даже если надежды еще не все вышли и со стороны мое поведение кажется сущим безумием. Как сегодня, например.

Сегодня я решила уйти с МОСКа, который мне по-прежнему очень нравится. И люди тамошние нравятся. И даже скандальчики, периодически случавшиеся то с тем, то с этим, не омрачают моей светлой печали по покинутому литературному форуму. На моем месте никто бы не встал и не вышел вон, покидая такое благосклонное общество. Но у меня, подозреваю, и выбора-то особого нет. Давно уже нет. Просто признаваться себе в этом не хотелось.

Видно, многовато ты, Инесса, на себя взяла, когда решила писать рецензии для МОСКа. Забыла, как выжимает работа для сайта. Давно не вспоминала свой опыт конвейерного наполнения рубрик, вот и показалось, что не так это и сложно - книжку-другую за неделю прочесть и отрецензировать. Делала ж я это - и не без удовольствия? Ага. Вспомнила баба, як дивкой была.

Нет, проблема не столько во времени, которое отнимает "работа в поле", сколько в послевкусии. Книги оставляют послевкусие. Споры оставляют послевкусие. Мысли оставляют послевкусие. А некоторые так прямо изжогу, отрыжку и душок. И все три - очень стойкие. Их невозможно пересилить, чтобы пополнить ЖЖ или написать продолжение книги. Ими болеешь, как болеют ветрянкой: либо сходишь с ума от зуда, либо остаются шрамы на всю жизнь. А бывает, что и то, и другое. Одновременно.

Человеческая глупость разъедает, словно кислота. Даже тех, кто с нею борется.

Постепенно перестаешь верить в то, что где-то осталась нормальная литература и нормально мыслящие люди. Перестаешь надеяться, что собеседники тебя выслушают, а не взовьются вдруг, соколы, орлами, требуя показать диплом рецензента графоманов, заверенный по всей форме! Перестаешь ждать, что оппонент перестанет тупить и поймет элементарный довод, изложенный дюжину раз в дюжине постов так и эдак. Перестаешь видеть в книге источник удовольствия или хотя бы информации. И даже любимые книги соглашаешься перечитать только ради того, чтобы отдохнуть некоторое время от унылого говна, подступающего со всех сторон...

А главное - перестаешь быть писателем. Тебя словно отравили. И этот яд, проникая в мозг, не дает тебе понять, какие словосочетания хорошо звучат, а какие плохо, какие мысли оригинальны, а какие тривиальны, о чем бы ты хотела рассказать, а о чем - нет. Ты становишься холодной, желчной и скучной. Ты больше не думаешь о себе, ты думаешь о производимом тобой впечатлении.

Мне всегда казалось, что писатели исписываются в ноль не потому, что кончились идеи. Как это - идеи кончились? Не могут у писателя кончиться идеи. Это у него восприимчивость кончилась. Наросла от публичности кожа носорожья - и восприимчивость исчезла. Ходит автор, себя демонстрирует, но учуять ничего не в состоянии. Ни в себе, ни в людях. Ни плохого, ни хорошего.

И ты уже не столько делаешь что-то по собственному выбору, сколько обслуживаешь некую тусовку. Или организацию. Или контингент. Который ест ассортимент. Ты вроде как при деле, но тебе больше не интересно и не удивительно. Тебе скорее скептично, саркастично и безразлично. Очень, кстати, слово емкое: без-раз-ли-чие. Я больше не различаю деталей, тонкостей и особенностей. Мне все равно, увольте меня от ваших глупостей и идите себе... лесом.

Определенно, мне такая броня мешать будет. Кабы не мешала, занималась бы я критикой и по сей день. Профессионально занималась бы, не по молодежным сайтам порхаючи. Но - не склалось. Видимо, по этой самой причине. Критик - существо публичное В ОБЯЗАТЕЛЬНОМ ПОРЯДКЕ. Не то что автор: захотел - вышел к читательским массам во всем белом, захотел - ушел в подполье и носа не кажет. А на публике без брони нельзя. Сожрут.

Нехитрая вроде истина, но ее периодически забываешь, засидевшись один на один со своими мыслями. И начинает тянуть куда-то... Дотянешься. "Глянешь иногда в окно, выйдешь куда-нибудь на троллейбусе - и в общем, всегда обратно!" Так что я, пожалуй, вернусь обратно. К своим мыслям, делам и броню рассупоню. А то сварюсь вкрутую в инетном котле.

Хорошо, что пятница выпала на тринадцатое.
Tags: авада кедавра сильно изменилась, пытки логикой и орфографией, разорительная роскошь общения, сетеразм, фигак!
Subscribe

  • Родовое проклятие подлости

    Рассказывают, Жучкова со своими говорящими глистами (какой-то Филипп Хорват, он же Гор Потоков, он же Прорыв Унитазов, он же Гнусный Ублюдок, он…

  • Вслед недавнему посту

    В недавнем посте я описала, как старуха Скади зазывает на "аффтар-тудеи" писателей-"боллитровцев" — то есть людей, которым эгалитарность и…

  • Сто лет переходного возраста

    Вышла моя статья в "Камертоне", на нее наверняка обидится недавно упомянутая критикесса, не желающая иметь со мною "деловых дел" — я ведь даю…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 31 comments

  • Родовое проклятие подлости

    Рассказывают, Жучкова со своими говорящими глистами (какой-то Филипп Хорват, он же Гор Потоков, он же Прорыв Унитазов, он же Гнусный Ублюдок, он…

  • Вслед недавнему посту

    В недавнем посте я описала, как старуха Скади зазывает на "аффтар-тудеи" писателей-"боллитровцев" — то есть людей, которым эгалитарность и…

  • Сто лет переходного возраста

    Вышла моя статья в "Камертоне", на нее наверняка обидится недавно упомянутая критикесса, не желающая иметь со мною "деловых дел" — я ведь даю…