Инесса Ципоркина (inesacipa) wrote,
Инесса Ципоркина
inesacipa

Category:

Версификатор для попаданца


Нашла изрядно старый пост и вздумала перепостить.

Статью эту предлагаю считать извинением, принесенным светлой памяти родоначальников жанра «попаданческой фэнтези» - Марку Твену, Льюису Кэрроллу, Клайву Льюису и вообще всем, для кого перемещение обычного человека в необычный мир всего лишь художественный прием.

Так что речь пойдет не о них, а о тех, кто, создавая очередного попаданца, одним этим понятием старается исчерпать:

а) не только завязку сюжета,
б) но и склад личности героя,
в) и вектор развития упомянутой личности,
г) и развязку сюжета,
д) да и вообще всю книгу, а вернее, весь цикл.

Поскольку книги такого рода в одиночку на мозг читателя не охотятся, а все больше стаями, стаями…

Кажется, наступило время для создания версификатора. Программы «Сам себе попаданец». Вариант базовый, графоманский.

Итак, попаданец стандартный различается по возрасту и полу. Невзирая на наличие возраста и пола как таковых, это существо неопределенного гендера и нерушимо инфантильное. К тому же после апгрейда на входе в иную реальность все попаданцы молодеют/взрослеют приблизительно до двадцатилетнего возраста и мужают до состояния великого воина. Так что определения «возраст-пол» следует считать не более чем внешними атрибутами и прикреплять к ГГ после выбора цвета волос и глаз.

Цвет волос и глаз более важен, чем возраст. По ним и следует различать две модели попаданца.

Попаданцы с неопределенно-русым и неявно-блондинистым цветом волос, с серыми глазами, меняющими цвет в зависимости от степени мэри- и мартисьюшности в массе своей сублимированные эротоманы. Их авторы – блеклые особы средних лет, не замеченные привлекательными сексуальными партнерами в эпоху пубертата и до сих пор лелеющие желание отомстить и доказать. Попаданцы, вышедшие из-под их пера, вооружены главным образом сарказмом и сомнительным чувством юмора. Врагам грубят. Соратникам грубят. Из всех возможных вариантов магического оружия выбирают непреодолимый сексапил – им и воюют, одновременно опираясь на батальоны роялей.

Попаданцы яркого окраса (брюнеты, рыжие, платиновые, золотистые, мелированные и тонированные), с глазами определенного цвета – человеческого (карими, зелеными, голубыми, синими, черными) и геологического (янтарными, сапфировыми, изумрудными, нефритовыми, аквамариновыми, морионовыми, александритовыми, гранатовыми) скорее амбициозны, чем сексапильны. Их создатели недовольны начальством, зачастую это чувство взаимно. Попаданцы яркоокрашенные стараются взять власть в свои руки, чтобы привести в порядок все, что удастся заполучить. Оптимальный вариант – весь мир, но готовы удовольствоваться империей.

В своей собственной жизни попаданец не способен ни на что. Сирота при живых (или неживых) родителях, на работе/на учебе – даже не планктон, а донная пленка, в отношениях с друзьями и возлюбленными – слон в посудной лавке, да к тому же слон, больной артритом. Степень его/ее дезадаптации в окружающем мире запредельна. Как будто у ГГ сотня килограмм лишнего веса и до 16 лет его/ее держали прикованным к батарее. Тем не менее перед нами человек, у которого нормальная внешность и рядовая биография. К тому же отторжение реальности никак не отражено в личности попаданца: это всем недовольная, но абсолютно посредственная натура, без деформаций и акцентуаций. То, что в русской литературе называется «брюзга».

Итак, вселенная расступается перед брюзгой, раскрывая свои потайные лазы, проходы и щели, через которую попаданец, будто домовый грызун, проникает в иномирье. Предлагается на выбор два варианта:

а) подобру-поздорову, но с долей морального прессинга;
б) под угрозой смерти, которая наступит если не через минуту, то через 50 долгих, скучных лет.

В первом случае попавший в руки главгероя магический предмет внезапно обретает голос и неприятное чувство юмора. Искрясь задором, на который адекватный человек ответит однозначным «Да пошел ты!», артефакт добивается удивительных результатов: избранный им лузер покорно дает себя переместить из вполне безопасной действительности в мрачное средневековье, на верную смерть. Даже не пройдя ускоренных курсов по фехтованию мечом. Даже не прихватив йода-зеленки-пенициллина-анальгина. Даже не переобувшись из шпилек/шлепанцев в ботинки на толстой подошве. Вероятно, шутки йумара действуют на мозг попаданца гипнотизирующе. Если человек начинает предъявлять разумные требования, значит, он не избранный. Артефакт умолкает, информация в башке неверно выбранного кандидата самоликвидируется, проход в иномирье закрывается. Во втором случае попаданец выпаливает собой, как из пушки, разрывая ткань реальности. Очевидно, роль пороховых газов играет фрустрация или страх - гарантированный способ попасть из места плохого в место еще худшее. Разве что вы лежите на рельсах и наблюдаете, как на вас наезжает поезд, тогда желание оказаться где угодно, хоть под холмом сидов, более ли менее оправдано. А вот если вы сидите за компом и наблюдаете, как на вас наезжает начальство… Выброс эскапизма, мягко говоря, великоват даже для самых амбициозных и отчаявшихся.

Потому что первое место, куда влетает попаданец – это… дикая природа! И неважно, священная ли это роща, ведьмин круг или языческий храм. Дикого в средневековом мире достаточно, чтобы человек, привычный к мобильнику, попав сюда, немедленно начал умирать. От нежизнеспособности, которую с прежней социальной дезадаптацией и сравнивать смешно. Умирание попаданца мужского пола выражается в нелепом интересе к биологии, геологии и топографии, выраженном в нудных описаниях, что и как в данной местности выглядит, щебечет, всползает на небеса и светит сквозь крону. Умирание попаданки – в беспомощной ругани в адрес артефакта, а также в описаниях повреждений собственной «тушки».

Как только тело начинают называть тушкой – аве! – мутация человека в попаданца завершена. Можно начинать разделение по моделям.

Блеклоокрашенные модели будут радостно встречены добрыми поселянами. Их обогреют, накормят вкусненьким и подивятся тому, какие они таинственные и хорошенькие. А еще тем, какая сила – нет, Сила – от них исходит. С большой вероятностью прямо здесь же, среди милых, простых людей, отыщутся первые недоумки, готовые сложить головы за чуждые им цели, невнятно изложенные человеком неясного статуса. А всему виной – любовь! И рояли. Яркоокрашенные модели так же наткнутся на поселян. Но на поселян недобрых. И те, так же удивляясь Силе попаданца, его таинственности и недоброму взгляду из-под розовой челки и пирсинга, поволокут чужака на костер. В лучшем случае – в тюрьму. И неважно, что жилой пункт больше напоминает хутор, нежели поселок на Диком Западе – тюрьма там будет. Крепкая. Яркоокрашенному попаданцу придется помучится, разнося место своего заключения вдребезги. После какового подвига, прессингуя и гипнотизируя местное население, яркоокрашенные попаданцы начинают формировать личную гвардию.

Пополнение команд блеклоокрашенных моделей происходит по мере расширения круга знакомств попаданца с представителями иных рас. Всякая раса да влюблена будет! И да отдаст влюбленного представителя своего на борьбу со злом. Под началом хорошенького и таинственного попаданца. Яркоокрашенные увеличивают команду за счет недобитков, выживших в стычках с командой изначальной, набранной у развалин тюрьмы. Если представители этой честной компании тебя не убили, считай, они тебе жизнь спасли. И из благодарности присоединяйся. Все равно в этом измерении больше делать нечего, кроме как присоединяться ко всем, кто тебя не убил.

Практически все свое время блеклоокрашенные модели занимаются тем, что чванятся Силой и изощряются в ехидстве. Попутно демонстрируя чудеса сексуальной недоступности (попаданцы мужского пола временами тоже, гм, недоступны). Представители местного населения, в свою очередь, при виде блеклоокрашенных попаданцев скоропостижно заболевают сексоголизмом и следуют за предметом своей мечты как привязанные. Яркоокрашенные модели осваивают фехтование в тяжелом доспехе, полезные в хозяйстве заклинания и учат свою банду команду навыкам личной гигиены.

Но ни первая, ни вторая модели не спрашивают себя, что они тут делают и какого черта, вообще? Они живут, аки птицы небесные, не размениваясь на концептуальные вопросы. Довольно странное изменение подхода к жизни – ведь в реальном мире попаданец любой категории только и делает, что ноет, описывая свое безнадежное будущее. А здесь, спрашивается, какие молочные реки с кисельными берегами на вас наготовлены, господа пришельцы?

Между тем над головами Тимура попаданца и его команды начинают реять враждебные вихри. Ну и при случае темные силы злобно гнетут, как же без этого. Яркоокрашенные попаданцы могут даже начать волноваться – собирать Большие Советы, обращаться к Великим Магам, копаться в текстах Незабвенных пророчеств... А в это время блеклоокрашенные, полагаясь на рояльный оплот, беззаботно предаются любимому занятию – выпендрежу перед поклонниками своей Силы и сексапила. И ох, они добалуются, эти сексапильные!

Ибо любовь (если таковой можно считать иррациональную страсть со стороны темного властелина) в равной степени решает и усугубляет проблемы блеклоокрашенных попаданцев. Темные властелины мешают им – но не до смерти. А в некоторых случаях скорее помогают, чем мешают. И поскольку ни один темный властелин по определению не может быть умнее инфантильного попаданца, то он по-детски постарается затуманить суть собственного поведения. Ни себе, ни клевретам, ни читателю не признается он, что... Хотя опытный читатель безошибочно заметит: все, темный спекся! Если уж повелитель зла приглашает противника на переговоры (читай – на свидание), облизываясь и потирая ручки, то не миновать ему горки с хрусталем, где уже красуются трофеи из стана светлых – влюбленные эльфы, сильфы, дроу и непонятно как сюда попавший гном. Или тролль. Или орк. Чтоб, значитца, и сомнений в тотальности сексапила не осталось.

Единственное, что спасает темную сторону от немедленного поражения – сложные, противоречивые отношения попаданца/попаданки с его/ее единственной любовью. То есть она – в смысле, любовь - далеко не единственная, с какой стороны ни посмотри. Но если судить по идиотизму диалогов главгероя с данным персонажем, их отношения неповторимы и дороги обоим. Ни с кем другим ГГ не позволяет себе так распускаться и истериковать. Из чего следует вывод: счастья этим двоим не видать. Не в этой книге. Может, в седьмой-восьмой, но не в этой.

Яркоокрашенные попаданцы также получат свою дозу иррациональной страсти со стороны темного властелина. Только это будет страсть с садистическим уклоном. Мечты, по стилю тяготеющие к hard porno и застенки с полным БДСМ-арсеналом, а отнюдь не изысканные комплименты приготовит яркоокрашенной модели вражеская страсть. Ну и пускай. Яркоокрашенные не зря себя на протяжении всего квеста гоняли, точно морпеха с полной выкладкой. Совершат в воздухе сальто с переворотом, удавят гадко хихикающего палача кандальной цепью и отправятся в жилые помещения - сеять смерть и недопонимание между народами.

Поверх описанной схемы могут равномерно добавляться специи и соусы:

а) мифические животные – разумные, полуразумные и просто плотоядные,
б) предметы, гарантирующие продолжительность жизни и сохранность здоровья,
в) пророчества о сильно удаленных временах с обещаниями большого успеха в труде и горя в личной жизни (чтоб не мешала труду),
г) намеки из глубины времен насчет нечеловеческого происхождения попаданца и его реальной принадлежности к этому миру, а не к тому, из которого он вовремя слинял,
д) внезапные вспышки генетической памяти, пробуждающие к жизни неожиданные таланты и умения попаданца,
е) внезапные (а какие ж еще?) озарения, открывающие попаданцу суть происходящего, когда автору лень ждать, пока до героя своим путем дойдет, где он, кто он и какого черта, вообще.

При таком изобилии поддерживающих, подсаживающих и подпихивающих к победе средств проиграть невозможно. Но! Попаданец тем и хорош, что по воле автора совершает невозможное. И даже на выжженной магией пустоши он оставит два-три семени зла – ткскзть, на развод.

Победе вчистую у разных попаданских моделей мешает разное. Блеклоокрашенные, как я уже говорила, будут остановлены на пороге семейной жизни (поскольку замужним/женатым спасать миры не комильфо: солидные люди, нечего тут, дорогу молодежи!) и перенесут часть противоречий – любовных и политических - в продолжение цикла. Яркоокрашенные модели, валяясь в легком беспамятстве от прямого попадания шаровой молнии, упустят главного советника/чорного мага/незаконного сына/мстительную шлюху побежденного противника. И упущенный персонаж станет оплотом оппозиции. Поэтому до благоденствия яркоокрашенному попаданцу еще… ага. Целый цикл.

Который, вероятно, будет построен по той же схеме.
Tags: авада кедавра сильно изменилась, пытки логикой и орфографией, сетеразм, философское
Subscribe

  • Цыпленок с виноградом

    Виноград можно использовать не только в кондитерских изделиях и в соленьях, но и в качестве гарнира. Особенно хорошо он подходит к птице. Если…

  • Испанская тортилья с рыбой и картофелем

    Испанская тортилья, в отличие от мексиканской - не пшеничная или кукурузная лепешка, а омлет из куриных яиц с картофелем и репчатым луком. Есть…

  • Зефир на агар-агаре

    Зефир без пектина и без шоколада тоже получается очень симпатичным. Его можно делать практически на любом фруктовом пюре, но оно должно быть либо…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 93 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Цыпленок с виноградом

    Виноград можно использовать не только в кондитерских изделиях и в соленьях, но и в качестве гарнира. Особенно хорошо он подходит к птице. Если…

  • Испанская тортилья с рыбой и картофелем

    Испанская тортилья, в отличие от мексиканской - не пшеничная или кукурузная лепешка, а омлет из куриных яиц с картофелем и репчатым луком. Есть…

  • Зефир на агар-агаре

    Зефир без пектина и без шоколада тоже получается очень симпатичным. Его можно делать практически на любом фруктовом пюре, но оно должно быть либо…