Инесса Ципоркина (inesacipa) wrote,
Инесса Ципоркина
inesacipa

Categories:

Антиграции не меняются



Нет, мироздание, мы так не договаривались. Похоже, ко мне внезапно пришла слава. "С любовью и прочей мерзостью". Начали спрашивать: "А кто эта Ципоркина?" битые в моих статьях личности, завизжали: "Никто! Не читали ее и читать не будем!" (если не будете, то и не читайте, чего визжать-то?), активизировались мои старые (во всех смыслах) хейтеры, пытаясь использовать свой последний шанс не умереть в безвестности — злобную и щедрую меня. Злобность и щедрость почему-то считаются противоположными качествами, но когда графоманы отличались логикой?

Однако начну с начала. Или даже до начала. Причем специально для тех, кто "не читал и не будет", и именно поэтому непременно припрется в мой ФБ и ЖЖ. Пишу, дабы "тайным читателям" хоть немного понятней стала история, которая тянется, по виртуальным меркам, из древности седой, аж из постов семилетней давности.

В 2000-е, выпуская по пять книг и полсотни статей в год, я думала, славы не существует. Оказывается, я просто не обращала на нее внимания (бывает и такое). Потому что невнимательная, меня и в школе за это ругали. Критику на себя никогда не читала, в Сети аккаунтов не имела, презентаций не посещала, только несколько раз снялась в ток-шоу и забила на так называемую раскрутку. Мне это было неинтересно (да и сейчас неинтересно — раскручивать/тусоваться и создавать/исследовать — разные профессии). Я зарабатывала деньги и сменила занятие, когда деньги в литераторском деле закончились. Практически все.

Сейчас, выяснив, что кое-где они все-таки не закончились (или снова появились), я вернулась. Ну вот такая я меркантильная. И еще наивная — полагала, будто никто особо не заметит, что я там пишу и печатаю — сперва в своих блогах, потом в паре сетевых журналов... Но пути славы неисповедимы. Помню, спрашивал в свое время мою френдессу ее знакомый из реала, жаждущий раскрутиться быстро и бесплатно: как завести хейтеров? Мы его тогда сочли странным, однако со временем убеждаешься: платные пиарщики приходят и уходят, только сталкеры и хейтеры неизлечимы.

Поглядите на иллюстрации к посту. Эти двое ходят за мной уже давненько — одна с 2013-2014 года, другая вдвое дольше. Сетелиза с тех пор, как бегала по Сети и выкладывала титьки куда ни попадя (и падонкам, и просто любителям молочных желез), заматерела, ожесточилась. Можно сказать, созрела до жесткого хейтинга. Даже побрилась. Нет, не там, где вы подумали.



Вот вроде и выглядит, как требовал персонаж, созданный красным графом Толстым в "Гиперболоиде инженера Гарина": "...современная проститутка, если хочет быть шикарной, должна поставить в спальне радиоаппарат, учиться боксу, стать колючей, как военная проволока, тренированной, как восемнадцатилетний мальчишка, уметь ходить на руках и прыгать с двадцати метров в воду. Она должна посещать собрания фашистов, разговаривать об отравляющих газах и менять любовников каждую неделю, чтобы не приучить их к свинству"...

А нрав все тот же, плаксиво-бабий, что и тогда, когда неблагодарное падончество про нее писало: "...самый страшный и неожиданный "подарок" преподнесла дорогая редакция в лице конъюнктурной графоманки Пономаревой. Доверчиво-глупые щенячьи глаза Елизаветы смотрят на нас из черно-белых недр загаженной съемной комнаты в коммуналке начала 80-х. Итак, "Пубертатная татушка" барственно разложилась на свежеспижженом у соседки клетчатом одеяле. Фотограф в заправленных в вислозадые треники семейных трусах балансирует на скрипучей табуретке, выбирая правильный ракурс.


В манерных ручонках Лизы "книга "Падонки.орг", что, по идее, могло бы свидетельствовать об её умении читать, если бы в половине кадров книга не была вверх ногами. Вывод — Пономарева тупо рассматривает картинки, используя собственное вымя в качестве закладки. На четвертой фотографии неандертальский профиль редакторши оказывается окончательно обезображенным её же улыбкой — по всей видимости, она разглядывает что-то омерзительно-античеловечное; линялые трусы-парашюты со стрелками лишь усугубляют всеобщую атмосферу уныния, разрухи и бессмысленности существования нашей героини".

Ну не мерзавцы ли? Бедная Лиза им, падонкам, отдала лучшие годы и лучшие фотки! Ко мне она пришла, признаться, уже изрядно потрепанной, то ли из мести лично мне, то ли из соображений навредить моей подруге Ю. Старцевой... Недосуг мне было разбираться, у меня с психами разговор короткий. Вот они с Лифантьевой-Скади и слились в экстазе, вместе ходили на холиварку и тумблер, вместе планировали мстю, вместе науськивали на меня свой, как выражалась Скадя, "хирд" (а попросту собачью свору таких же шавок, как Жучка), вместе создавали аккаунты и сайты для виртуального убиения меня в соцсетях, вместе лезли ко мне с фальшивых аккаунтов. Короче, индуцировали психические расстройства друг у друга. Семь лет кряду. (При этом хейтером и сталкером обе почему-то считают меня.)



Лифантьева-Скади за время хейтинга, сами видите, разрушилась до состояния, как выражаются искусствоведы, прогрессирующей руины — а всё хорохорятся обе. Сетелизе бы радоваться, что этасукаИнесса про нее совсем забыла, — так нет же, при каждом моем появлении в Сети (вы в курсе, что не так уж часто я сейчас пишу) люто-бешено реквестирует внимание к себе: "Небось, это Ц. из-за меня!" Вот и сейчас: "Инесса как вирус, проходит по всем моим связям и всё уничтожает", — жалобно лепечет Сетелиза. Кому? Критикам, за статьи о которых я получаю свои гонорары? Вот так выглядит мегаломания на марше. С мифоманией на подхвате.

Помяните мое слово, они однажды дуэль за меня устроят, эти три антиграции — Сетелиза, Скади, Жучка. Каждая (каждое) зудит, что это именно из-за него я двадцать лет назад (!) обратила внимание на очевидные вещи, на секрет Полишинеля нашего Богом проклятого литпроцесса. Мне, кстати, и тогда за это платили. Как колумнисту.

Ну конечно, на деградированную критику и загубленную современную литературу можно обратить внимание только из-за пономаревских сисек второй свежести и старческой эротомании Лифантьевой (жучкиных стАтей, в отличие от статЕй, я ведать не ведаю — но уверена, что и эта регулярно квакает, что я им завидую). Из-за всей этой ржи я и занялась критикой современного писева. Больше-то не из-за чего.

Таков механизм переноса своих, прямо скажем, странных мотиваций для занятия литературой (в частности, мечт неудачниц-сетелиз руководить хоть чем-нибудь, хоть захудалым сайтиком "пракрасоту", а также мечты бабжень стать депутатом хоть от деревни Бзделовка) на меня. Которой для данного занятия вообще никаких мотиваций не нужно. Мне это интересно, и всё. Но поди объясни простые вещи хитровыделанным мифоманам, сроду не сказавшим ни слова правды, в том числе и себе...

К 2020-м бабы и бабки твердо решили выяснить, кому принадлежит мое глубокое чувство отвращения. А оно, похоже, перекинулось на зачетную литературную глухоту Жучковой и Ко, а также педвузовских "образованцев" типа Вежлян. Вот такая я ветренница и изменщица.

Однако с годами обнаружилось, что современная литература — это даже не большая деревня, а большая лужа, где все со всеми церебрально связаны. Например, та же Вежлян выпестовала Пономареву: "Когда мы с Елизаветой Пономарёвой начинали наш Дискуссионный читательский клуб (тогда, больше десяти лет назад, он был, кажется, единственным), то от коллег-литераторов я слышала суждения типа «это как советская читальня», или «зачем книги вообще обсуждать, вот писать — другое дело», или «зачем давать говорить людям с улицы, пусть молчат и умное читают». Было больно всё это слышать".

Ага, тогда ей было больно, зато сейчас... О, как сейчас Вежлян охотно запретительствует: "...капризный современный читатель разучился понимать: смысл должен быть дан сразу, предоставлен по первому требованию. Текст — это продукт типа пивной бутылки, выбирают ту, содержимое которой добывается без открывашки", вот и нехрен ему, быдлоидиоту, рассуждать об умном, пусть себе молчит в тряпочку. И выбирать между критиками тоже не сметь! "Появилась даже целая группа критиков, кичащаяся своими правильными потребительскими установками, то есть тем, что не желает понимать, а непонятное в тексте относит исключительно к недостаткам. Никакого "двойного кодирования", стилистической игры, никаких намеков и аллюзий… Никаких загадок или приемов, назначение которых нужно разгадывать". Любо-дорого глядеть, как "демократичные критики" переобуваются в прыжке.

Знамо дело, читатель глупее вежлянкиной воспитанницы Пономаревой, камхоры с овечьей мордой. Думаете, на пятом десятке эксгибиционизм покинул страдалицу? А вот фигвам индейский, чтобы белому шерифу по ночам не спалось. Сетелиза с тех пор так интеллектуально продвинулась... "Люди хотят сниматься в порно, а всюду хейтеры и маньяки, которые выслеживают чужую открытую сексуальность, как же нам защитить этих людей?" Ну вы подумайте, какая дилемма! Становись Сашей Грей. Начни карьеру порноактрисы в амплуа "mature" (что переводится примерно как "старперка"), потом создавай политическую партию и защищай коллег. И цени хейтеров-маньяков, без них никакая защита проституткам нафиг не нужна! А так у тебя есть шанс поруководить "опчественной структурой".

Особенно легко это будет после десяти с гаком лет беготни и криков: "Клянусь как жена и мать, ябыникада не показала сисек!" После того, как вовсю ханжившая "женаимать" семь лет назад роман Юлии Старцевой "Время нереально" записала по ведомству порнографии — кажется, даже не открывая... Александр Кузьменков писал автору романа: "Господи, какая же неимоверная дура эта Лиза! Видно, что представления о порно не имеет". И прибавлял много нелестных слов о дураках, которые смотрят в книгу, видят фигу. Падонки, конечно, противоположный полюс таким, как Кузьменков, но тут они на диво сошлись во мнениях — пусть и на разных основаниях.

В детстве и юности поговорка "Каков в колыбельке, таков и в могилку" здорово раздражала. Есть в ней определенная безнадега: это что же, человек всю жизнь проживает так, чтобы не меняться? Зачем тогда вообще жить? С годами пришел ответ: многим — незачем. Ну скажите, какая разница (в общемировом смысле), сколько тебе отведено, если ты каков(а) в 2005-м, таков(а) и в 2020-х? Налицо лишь физические изменения, прочее развитию так и не подверглось. Это уже не общемировое, а биологическое существование получается, прочие аспекты "нещитовы".

А главный вопрос так и остается без ответа: на хрена овце, то есть козе творческая деятельность? Особенно если мечтают эти козы, по их собственным признаниям, о другом — руководить, иметь власть, портить людям жизнь своей некомпетентностью на законных основаниях. Куда только ни пытаются просквозить — в админы, в коммунистки, в феминистки, в проституткозащитницы... Голубая мечта всех ничтожеств — стать начальниками. В крайнем случае они готовы организовать профсоюз невостребованных шлюх и заняться защитой "открытой сексуальности".

Меня же эти порнофилки почему-то пытаются представить своим злым роком, "вирусом, уничтожающим их связи" (хотя на деле я единственная, повторюсь, их надежда не сдохнуть в безвестности). Надеются, что я и о них стану писать посты-статьи как о профессионалах... хоть чего-нибудь? Только при чем тут литература? Обе не имеют к ней никакого отношения.

Пусть получат по "Нацбесту" или по "Большой книге" — тогда я и о них по статье напишу. А сейчас кыш с дороги, убогие. У меня впереди поле непаханое плевелов литературной бездарности, прекрасных в своей незамутненности и святой вере в "злобу и зависть". Мне не до постаревших камхор и сумасшедших пенсионерок.
Tags: монументы на колесиках, разорительная роскошь общения, сетеразм, уголок гуманиста, цирк уродов
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 66 comments