Инесса Ципоркина (inesacipa) wrote,
Инесса Ципоркина
inesacipa

Categories:

"Пустее погорелой и погорелее пустовой" (с)


Знаете, чего я больше всего не люблю в современной прозе, мейнстриме, масслите и сетературе? Еще бы вам этого не знать, я сотни раз о своей нелюбви писала. Но что поделать, коли жизнь еженедельно, а то и ежедневно подтверждает мои опасения и уверенность Эйнштейна насчет бесконечности человеческой глупости.

В критиках я не люблю глупости вперемешку с низкопоклонством. Как относиться к той же Валерии Пустовой, когда она вещает: "И я решила как-то бороться с этим мазохизмом русской интеллигенции, поправить всем мозги, так сказать. Свойственное молодости желание — всем открыть глаза на правду жизни, которую ещё не научился отличать от своего идеала. Это сильный импульс для начала критического пути: прийти в литературу, чтобы в ней что-то поправить. Современная литература дарит ощущение незаконченной истории, в которой ты можешь принять участие, на которую можешь повлиять. Критиком становится человек, который хочет вмешаться в литературу, заявить что-то своё... Ещё критика — это способ разобраться в себе. Как люди начинают учиться на психолога, когда им хочется разобраться в своей жизни, так и критика оказывается способом понять себя по матрице литературы, сделать какие-то выводы о современности, объяснить себе новый опыт и изменившиеся отношения между людьми"? Отношение, конечно, зависит от того, насколько ты сам близок по уровню к пустовым. Но в общем и целом понимаешь: перед тобою чмо, не знающее простейших вещей. Например, что критика не меняет, а анализирует литературу. Пустовым да погорелым лишь бы самоутвердиться.

У техперсонала паралитературного обслуживания способ самоутверждения един. Надо присоветовать читателю что-нибудь "дерзкое" (а на деле что-нибудь тошнотворное — например, очередной опус Снегирева про залежи гондонов): "И я обоссал бороду печника.
То есть помочился на бороду печника.
Хотя чего уж там, не помочился, а обоссал.
Нассал гаду прямо в бороду.
Так полил, что хоть выжимай.
Не очень-то просто нассать говнюку в бороду.
Жираф с чёрным, длинным, непристойным языком…
Немалое мужество требуется… оленёнку, одетому в обосранные леопардовые лосины…
Оленёнок натягивает Кисоньку.
Оленёнок отпер Кисоньку (отпёр и отпер).
Вы какашки и жопки"
.

"Это цитаты", любезно замечает Татьяна Соломатина, автор отзыва (я бы сказала, слегка обалделого отзыва) на любимца попуганок и жучек. "Лексического проворства Венедикта Ерофеева автору-герою не достичь. Обнажённый нерв автору-герою недоступен. Вместо него — обнажённый хер. Высокая нота правды и чистоты не взята, вышел туреттов вокализ.
У Венедикта Ерофеева не было русского Букера.
Были «Записки психопата».
«Москва-Петушки».
Пришла пора откалибровать центрифугу. Не те фракции всплывают в премиальный сегмент"
. Не те, ой не те.

Ну а что Валерия Пустовая? Да всё то же: "...очень показательно, что роман Снегирёва «Вера» критиковали, в том числе, например, критик Майя Кучерская, за психологическую недостоверность. А просто у него новый тип героя, когда один человек сразу и кентавр, и нимфа, и догоняющий бог, и просто какой-то античный парень, ковыряющийся в носу". Допустим, я бы, как развлекающийся искусствовед, посмотрела на подобные сюжеты в исполнении античных художников, в артефактах, керамиках или мозаиках, найденных при раскопках в лупанаре. Но убогую поделку выделки неких снегирей с их лютой-бешеной гордостью некогда полученным "Наебукером" (и упомянул-то аффтар про него всего раз пять — а ему уж и лыко в... строку!) совать мне не надо.

А вообще, пустоотзыв — рекомендация что надо, с двух фраз отторжение формирует. На хрена публике смотреть, как кентавр копытом ковыряется в носу? Или натягивает нимф. Или ссыт в бороду Пану, если уж на то пошло. Тем паче, что не нов нимфокентавр, больной энурезом и увлеченный золотым дождем, совсем не нов. Из рекомендации критикессы Пэ не новизна, а штампованная фэнтезятина лезет, причем фикерская. У них в каждом третьем опусе "новый тип" наличествует: наполовину нимфа, наполовину кентавр, на четверть дракон, на четверть эльф. Полтора землекопа.

lemon-sole, добрая душа, не оставляет меня ни заботами, ни цитатами из нынешних критиков (сама-то я определенно слишком слаба и малодушна, чтобы их мониторить).

...из аннотации к новому номеру "Взвейся да развейся": "Стихи петербурженки Татьяны Вольтской, москвича Вадима Жука, екатеринбуржца Константина Комарова и Ольги Родионовой выламываются из рамки поколений и территорий". — Из рамки? Это из багета, что ли? Заодно еще порвать паспарту и выдернуть гвоздик, на котором висишь — тут-то и будет тебе полная... свобода.

Борис Заборов в эссе-воспоминании «Прогулка» обижает тоже живого классика (сохраняю интригу) и сообщает новые сведения о театральной жизни в непростых парижских обстоятельствах. — Как будто ваши классико...филы занимаются чем-то другим, кроме битья классиков, когда тех рядом нет. Ну и "непростые парижские обстоятельства" — еще один дивный оборот анонсописева.

Критики совсем разных поколений и литературно-критических убеждений, Николай Анастасьев и Ольга Балла дважды в номере и независимо друг от друга обращаются к проблематике новой книжной критики-журналистики, представленной сегодня Галиной Юзефович (критик, о котором много спорят именно критики, а читатели ее, кажется, безоговорочно ценят). — Особенно прекрасно признание "дважды в номере и независимо друг от друга". Вообще-то подобная хрень всегда случается, когда не хватает статей на разную тематику, чтобы забить все полосы. И это не достоинство номера, а совсем наоборот. Также сообщаю для слепоглухих, но, к сожалению, отнюдь не немых, что "представленная сегодня" домина Гэ затрахала всех в глаза и уши уже несколько лет как. И даже вырастила поколение олигофренов себе под стать — вроде этого анонсера. Ценить можно высоко, а безоговорочно можно верить или доверять, дебилы вы краснознаменные.

Боги мои, боги, и эти существа пытаются уговорить нас читать свою писанину: "Читайте и размышляйте на здоровье, благо поводов в номере много".

lemon-sole посмеивается: "...а ведь говорящая лошадь или выучившая таблицу умножения собака (о курящих бородатых женщинах с русалочьими хвостами речь не идет — их-то в журнале как раз в количестве) куда интереснее..." Словом, потуги анонсирующих (или это один, гм, мастер пера?) вызывают недоумение пополам с тем самым, что Вежлян обиженно называет "детсадовским "хи-хи" в ответ на каждое ее слово". (Притом, что клоунаду из своей жизни, деятельности и даже жизнедеятельности устраивает как она сама, так и ее подопечные. Ну а мы, публика, должны относиться к данному цирку уродов с почтением, что ли?)

От критиков, анонсирующих и обижающих классиков (и так еле живых от непростых парижских обстоятельств), перейдем к авторам. Издатым, а порою и премированным — для начала.

Тогда Вера тоже вылетела замуж, буквально за первого встречного. Из поклонников. Из балета ушла, потому что пошли дети. Только ещё больше занырнула в живопись... — Отменно корявая характеристика — "первый встречный из поклонников" — свидетельство безграмотности и отсутствия литературного слуха. Следующая фраза подтверждает подозрение, поскольку слова "занырнуть", мемоеды вы мои, нет в русском языке. Есть слова "погрузиться" (это если "еще больше"), "нырнуть" (если "глубоко" или "глубже"). О героине после такого описания сразу начинаешь думать самое плохое: тупая бездарность, небось, просравшая полимеры карьеры и нынче занимающаяся лепкой уйблей. Но вот хотел ли автор создать подобный образ или это нечаянно вышло?

Остался профессором университета. Старообрядческая распевная речь. А впрочем, его друзья прорвались: один стал препом во ВГИКе, другой — завлитом в Питере. — Опять сетевой гопояз — "препом", "друзья прорвались". Вдобавок знает ли аффтар, что такое старообрядческая речь? Как говорит френд, "похоже на перевод с узбекского посредством нганасанского подстрочника".

Он лежал кошачьим клубком на земле и не торопился потягиваться, схватив лысый череп, как если бы переживал приступ отчаяния. — "Схватив лысый череп" — чей? Нешто публике надо понимать по контексту, а не по тексту, кого сей персонаж за череп хватал?

Я почувствовал смерть острее, она затанцевала в моём сердце, хотя казалось, что сил не хватит и на такую радость... Кто-то из них точно почувствовал нашу смерть, и по многим лицам прошла радость. — Ну и радость от чувства смерти выглядит наигранно — очень похоже на сетераторские приемчики для демонстрации того, какой герой "брутальненький и опасненький". Чистое, простигосподи, аниме.

облизывает живительным поцелуем — Облизывающие и каким-то образом живительные поцелуи — это уже чистой воды трэш и слэш. Фикоперы именно так и изъясняются.

Кстати, о птичках-невеличках, не издатых и не признанных нигде, кроме родимой фикопесочницы (и то не во всех ее углах).

чёрные, перемешанные с почвой остатки консерва — Неужто аффтар не знает, что у слова "консервы" нет единственного числа?

Мальчик просил ее снять шляпу с чучелом гипогрифа с головы. — У бабушки Невилла шляпа была с чучелом грифа, большой, но соразмерной человеческому телу птицы. А гиппогриф есть мифическое животное, наполовину конь, наполовину грифон, а грифон есть помесь льва и орла. Чтобы носить такую шляпу, мало быть и полувеликаншей, надо быть чистокровной представительницей великаньего племени и иметь рост под десять метров.

И опять чертову Поттеру повезло. Жалобная курица спасла его! — Жалобная курица — это тощая, синяя, вызывающая жалость тушка в советском праздничном заказе, о каковых заказах современная молодежь ни черта не знает. Да здравствует графоманское непонимание различий между "жалобным", "жалостным" и "жалостливым"! А также вера фикоперов, что "язык жы жывой, он жы меняется". Под нужды каждого неграмотного графомана, ага.

Блондин успел сделать пару шагов, как дверь резко раскрылась, и в неё влетели авроры во главе Рона Уизли. — Рон Уизли настолько суров, что руководить им поручают сразу целому наряду авроров.

...было получено Ваше письмо, в котором Вы, находясь в трезвом уме и добром здравии... — Здравый ум и ясная память адресатам не требуются, самое большее — чтоб писалось по трезваку. А вот ежели у вас был насморк, хрен они учтут написанное в этом письме!

Я с кряхтением старика слез с теплого седалища. — С чьего седалища? Кто пустил этого старого паразита себе на седалище?

Малфой решил, что никогда не предаст Гарри и всегда защитит его от слёз, которые совсем недавно шли из этих удивительных изумрудных глаз. — И от прошлых слез защитит, и от будущих. Будет ходить за страдальцем с пачкой платков и целебной масочкой.

— Мне понравился твой подарок, — сказала Нимфадора слабым голосом. Из ее глаз угрожающе потекли слезы. — Слезы, похоже, представляются фикерам едва ли не опаснее Волдеморта: и защищать-то от них надо, и текут они как-то угрожающе.

— Буду иметь за честь, — ответил парень с улыбкой. — Эх, где ты, доброе старое словечко "почту"? Почтим твою память...

— Я не вижу никакой выгоды для себя в придании гласности данному инциденту, министр. — Придать инциденту гласности! А то он безгласный какой-то. Аффтарам неизвестно выражение "предать гласности инцидент" (а не "придать инциденту гласности").

— Северус, мальчик мой, ты, как самый холоднокровный из нас, не мог бы отправиться к Дурслям и все выяснить? — с мягкими успокаивающими интонациями, словно разговаривая со змеёй, попросил его Дамблдор. — А шо ви хотели от холоднокровного? Он и есть змея, скорее всего. Или голый землекоп — единственный известный на сегодняшний день холоднокровный представитель класса млекопитающих. Самое большее — балеарский козел, считающийся вымершим. Я бы на месте Северуса не особо колебалась, выбирая между этими тремя...

Я мог лишь таращиться в ночную тьму опустошённым дулом своей души. — Опустошенное дуло души! Вот он, фикер, рвущийся в снегири! Как перейдет на описание золотого дождя, так его пустовые погорельцы да погорелые пустышки и захвалят. Верной дорогой к очередному "Наебукеру" идете, товарищи.

Если к моменту вашего прорыва в листеры хоть какая-нибудь литпремия останется. Про литературу боюсь и думать...
Tags: авада кедавра сильно изменилась, литературная премия Дарвина, пытки логикой и орфографией, сетеразм, уголок гуманиста
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 146 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →