Инесса Ципоркина (inesacipa) wrote,
Инесса Ципоркина
inesacipa

Category:

Дао критика. Часть семнадцатая: когда несет прекрасным духом


Это цикл, чует мое сердце, в той его части, которая посвящена современным критикам, станет по большей части разбором очередного "Гой, еси и исполать". В прошлом посте были упомянуты Садовской и Пикуль — как антагонисты стилизаций "под седую старину". Я уж было собралась писать об обсуждаемых и осуждаемых всякими жучками "эссенциях"... И вот опять работаю кэпом, объясняя вещи очевидные, да не писателям, а критикам. Причем не сетекритикам — им, как я понимаю, по малолетству, дилетантству и быдлизму безграмотности простительно. О нет, дипломированные филологи тоже отличились. Задастые путти, возносящие лавровые венки над главами модных литераторов, заодно несут такое... прекрасное, что просто грех не процитировать: "...проза "сделана из профессионального теста"; от неё несёт прекрасным духом литературного мастерства, не сводимого к "сюжету" или к "языку".

Духом пахнет, а несет говном, сомнительный ты ценитель! А уж если учесть твою образованность (как в старину говаривали, "сморгонскую академию окончил"), то, как верно заметила подруга-писательница: "Не мог Фелицу от Плениры, как мы ни бились, отличить".

Прежде чем перейти к тонкой и сложной теме "старинных словес", из которых формируется (а чаще не формируется) исторический слог и стиль, поговорим о вещах более грубых, но преудивительных.

Начну несколько издалека. Признаться, среди критиков я предпочитаю тех, кто тоже замечает перловку в опусах лауреатов, дебютантов, номинантов и прочих назначаемых нам светочей литературы. Назначаемых, замечу, без малейшего интереса к реакции публики (точно так же, как нам назначают развлекательным и захватывающим абсолютно нечитаемый масслит). Критики, разумеется, работают не на публику (что бы ни рассказывала в своих роликах назначенная нам моднявым критиком Галина Юзефович), а на окололитературную тусовку и, само собой, на себя, любимых. А нанимателями могут стать издатели, журналы, конкурсы, сайты, черти лысые — но не читатель, никоим образом не читатель. Да этот телепень вообще только деньги платит нанимателям, когда не зевает от подсунутых ему "мейнстримнутых и лауреатистых" и не задыхается под селевым потоком масслита.

Редкий критик настолько честен, что выводит на чистую воду облизанный его коллегами мейнстрим. В среднестатистическом варианте критик корыстен и так же косноязычен, как и современный лауреат-номинант-мэтр. Далее следуют преимущественно цитаты из статей А.А.Кузьменкова, такого же недоброго человека, как и я сама. Рекомендую прочесть.

В. Козлов (две престижные номинации: был выдвинут на "Нацбест" и премию журнала "GQ" "Писатель года"): "Она дает ему оплеуху… У малого слетают очки, он находит их в траве, одевает и кидается на девку…"Надевает, черти бы вас драли, очередные писатели очередного года.

А. Терехов, лауреат "Большой книги" и "Нацбеста": "Убедительно сгораемая жизнь". — Сжигаемая, а не сгораемая, лауреат.

Э. Лимонов: "не хочет рассказывать о себе больше, чем назвал свое имя". — Подобная неопрятность в тексте производит удручающее впечатление, как будто автор пришел к читателю в гости да и плюнул в угол: дескать, потерпишь.

И. Абузяров, лауреат Новой Пушкинской премии и премии Катаева: "Насладившись заключенными в янтарь богатством природы", "проходная выпускало минимальное количество продукции". — Либо "заключенными богатствами", либо "заключенным богатством". И какую такую продукцию выпускалО проходная? Уворованную рабочими?

И. Поволоцкая, лауреат премии Белкина: "Монументальное чело с мрачным лбом", "болотистая трясина". — Чело со лбом, трясина на болоте, Поволоцкая на Белкине...

Богат плеоназмами и тавтологиями наш писатель, ой богат! Жаль только богачество это замечают редкие ценители (чего никак не могут заметить выпускники и преподаватели как бы гуманитарных заведений, одинаково полуграмотные, но упорно изображающие эстетов).

П. Беседин, неоднократный номинант "Нацбеста": "Девственная плевра"; "забродившая компостерная яма". — У него еще есть выражение "тошнит портянками" — столь же несуразное, как предполагаемая где-то в нетях недевственная плевра и яма, полная... компостерами?

А какое знание матчасти! Под девизом "Да просто слово красивое, хули я должен знать, что оно значит!"

М. Веллер: "Прочеркивая и колотя глинозем… рвала короткое пространство конница". — Глинозем — не почва, а окись алюминия, применяемая для получения алюминия.

З. Прилепин: "Я извивался в воде, как гнида", — новое дело: оказывается, яйца вшей способны извиваться. "Санькю" тоже не вредно почитать, избавляет от оптимизма: "Тонкие, почти прозрачные, блинцы со сладким, хрустящим, темным изразцом по окоему", — заглянув в Ожегова и Ушакова, переведем с прилепинского на русский: блины с глиняной плиткой по всему горизонту.

Вспоминаются опусы букеровских лауретов Шарова и Колядиной, самозабвенно описывающих танцы в бекеше на голове, хмельную сулему, секс со становой жилой и межножные лядвия. А такожде порыв Ирины Богатыревой, украсившей шапку своего персонажа красным околотком (вместо околыша).

Богат новый век и гиперсексуальными дебютантками, пишущими (и издающими!) фанфики, причем ничем не прикрашенные фанфики. Так, некая Л. Ким прошлась по "Анне Карениной". М.Кузьменков изумляется и цитирует, цитирует и изумляется: "«Соседей было всего двое. Первая — душевнобольная Люся, проживавшая в своей комнате эпизодически, в перерывах между обострениями дебильности, заставлявшими её возвращаться в психиатрическую больницу».
Доктор Курпатов, думаю, был порядком озадачен: надо же, приступообразная дебильность! А вот так, на страх Патриархии, выглядит православная панихида:
«Имярекши, помолимся! Господу во славу помолимся! Господи, прости ея и наши прегрешения тяжкие, злые, смертные! Не забудем делов её земных! Детям в назидание память о матери вечная! Семья многострадальная! На Господа уповамши да спасётся в этой жизни и в будущей!»"... Ким, переврав Толстого и Библию, подалась в детскую литературу и вдохновенно перевирает Роулинг. Гарри Поттера, чтоб вы знали, теперь зовут Максим Громов, и он переквалифицировался в киберпанки…
— Оно и понятно, фикер и изданный — всего лишь фикер. Свое писать не может, но охотно поганит чужое.

Особенно выдают всяких Ким, Денежкиных и прочая моменты "еротики", какой в гетном фандомчике пруд пруди.

Аня вернулась обратно в кабинку, открыла презерватив, вытащила деньги, свернула аккуратной трубочкой размером с тампакс, опустила их в латексный “чулочек”, потом так же упаковала рубли. Приспустила Китины брюки и, хихикнув, медленно ввела получившуюся палочку из денег себе во влагалище. Ощущение того, что она запихивает в себя две штуки баксов, было фантастически возбуждающим. Деньги проскользнули внутрь неё как по маслу. Каренина провела рукой по своей промежности, и впервые в жизни с ней случился приступ сексуального безумия. Она стояла в кабинке клубного туалета, поставив одну ногу на унитаз, согнув в колене другую, и исступленно дёргала туда-сюда презерватив с деньгами. Аня закатила глаза… Весь мир перестал существовать, когда она упала, утонула, провалилась, захлебнулась в собственном наслаждении. — Если это не фанфик в чистом, незамутненном, слегка припудренном "под конкурс" видосе, то я как минимум Франсуаза Саган.

Спрошу, раз выдался повод: а есть ли разница между аффтарами, носящими свое "ловлю тапки" на фикбук, и лауреатиками, чьи порождения бродят в шапках с красными околотками, пока их креаторы назначаются большими русскими писателями? У меня и примеры есть. Свеженькая перловка, выбранная методом тыка.

— Остановитись! — услышали они крик-приказ, и умиртвия замерли, а потом ринулись к кричавшему.
А они все стояли и не веря, что это реальность, смотрели как умертвия лащились к подъехавшему магу, а он им улыбался шепча ласковые слова словно домашним любимцам, успокаивая.
Твари отступили, и они смогли рассмотреть Деймоса. В одних лёгких штанах на голое тело чёрная грива распущенных волос в пол, развивалась на лету, он тяжело дышал после бешеной скачки, его грудь вздымалась привлекая внимание к бусинкам сосков.
— Черная грива в легких штанах на голое тело лащилась (одновременно ластилась и наводила лоск?) к умИртвиям... И у этого аффтора две (!) беты.

В народе ходили слухи что банда "Пожирателей смерти" вообще распущенна. — Вот так одной лишней буквой можно опорочить целую банду.

Через какое-то время блондин уже метался по кровати, стоня в полный голос. — Интересно, а мейнстримовцы уже переняли новехонькое словцо "стоня" (не вытаскивать же на свет божий его кошерную устаревшую форму "стеная")?

Она может тебе помочь, ты это знаешь, — хитростно сказал он. — Если у нормального слова отрубить префикс и запустить в Сеть, оно еще поживет! Особенно если Захар Прилепин цыкнет на "шибко грамотных": "Новейшая литература, этот извечный речевой градусник, показывает и сегодня нормальную температуру… С языком (как и с литературой в целом) у нас все более чем в порядке… Заткнитесь, в общем, не заказывайте нам панихид раньше времени".

Профессор только шокировано клипала глазами. — И извивалась в воде, как гнида, йессс!

По всей магической части Великобритании разошлась книга Риты Скитер "Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора". Автобиография, когда-то изданная журналисткой, получила второе дыхание. — Автобиография, написанная не героем биографии — это прекрасно. А получившая второе дыхание прекрасна вдвойне!

Цель первая: установить контакт с местными аборигенами. — А вот и девственная плева с трясиной на болоте!

И вот уже не голова, не сердце — к черту, к черту! — люст диктовал движения. — Кто? А по-русски написать — "похоть" — корона начписа свалится? А может, пора ждать массового нашествия транслита в писанине новых лауреатов-номинантов-дебютантов?

— Он чё, совсем того что ли? — озлобленно шипел Рон, глядя то на недоумевающего Поттера, то на беспристрастно пинающего неподалёку гальку Малфоя. — Употребление вместо подходящего определения (например, "безразлично") совершенно левого словца свойственно такому количеству официально признанных писателей... вернее, официально признанных писателями.

Рисунок засиял багрово-красным, свечи извергали настоящий огонь из самого Инферно, а из его потоков сложился портал, через который прошёл Он — Падший Ангел, ныне демон по имени Сатана Дьявол. Его облик был ослепительно прекрасен, но никто из простых смертных не смог бы выдержать осмотр всего совершенного тела Сатаны, а потому два огромных чёрных крыла прикрывали практически всё тело, лишь голова и руки были видны. — А он, часом, не туда направлялся, где молилися "имярекши" Л. Ким? Чтобы сгрести их, уродов, в жменю и утащить в адские пределы, да с их создательницей вместе. Будет потом в геенне огненной описывать сатану-дьявола (с ее-то знанием Библии!). С попутным осмотром всего тела.

Если бы ты умер, даже не смог осознать свой смертный сон. Ведь когда вы люди спите, вы не замечаете, что творится в округе, вам редко снятся сны, потому что вы глубоко спите, ваше состояние подобно смерти, — ответил приятный баритон мужского голоса, и рука поднесла бокал с красной жидкостью к черноте, где скрывалась голова рассказчика. — Прямо как в анекдоте: "А почему рыба воняет? — Эй, ты, когда спишь, себя контролируешь?"

А сегодня в завтрашний день не все могут смотреть. Вернее, смотреть могут не только лишь все, мало кто может это делать. — Точно такая же неопрятность, как у Лимонова: да плевать на смысл, плевать на текст, плевать в текст. Хотя в комментах предположили, что это скрытая цитата из бессвязных речей господина Кличко.

Полумна Поттер вышла навстречу мужу. Она не слишком изменилась за годы, только в ее чертах проступило что-то неуловимо женское. — Кажется, это был слэшный фик. Персонаж с ужасом понял, что женат-таки на женщине. "Черт, как же я так облажался!"

Северус еле сдерживался, чтобы не издать стонать. Штаны уже не выдерживали возбуждения, а узость столь желанного тела рядом только подливало масло в огонь. — Штаны у него не выдерживали подлитого в огонь, издать стонать. Ипать копать. Абузяров, залогиньтесь на фикбуке, мы вас узнали.

— Здравствуйте,— преклонил голову Гарри. — Нуачо, вон, известные пей... ах, простите, писатели "одеть-надеть" путают, а тут "преклонить-приклонить" перепутали, али голову с коленом.

С русой гривой, распущенной по плечам, стройными, с точно выверенной кривизной ногами. — И непременно в шапке с околотком, непременно. А то при таких стройных ногах с точно выверенной (кем?) кривизной грех голову не украсить (может, на ноги и не взглянут?).

Сначала это было удивление, а затем презрении и отвращение.
— Прости, Поттер, но я с этим не смерюсь.
— Так не смеришься (то бишь не будешь мериться) или не смиришься? Смысл-то противоположный. И опять без падежов, Абузяров фикопер.

Про архаизмы, уж не обессудьте, после поговорим. Сейчас оставлю вас размышлять над тем, куда, собственно, ведут эти тропы, тропы во всех смыслах, включая литературоведческий.
Tags: авада кедавра сильно изменилась, дао писателя и критика, литературная премия Дарвина, пытки логикой и орфографией, сетеразм, уголок гуманиста, фигак!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 154 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →