Все, пишу. «А» сказала, теперь надо добавить «ой, бля-а-а-а» - и выложить все как есть.

Я уже призналась, что делала пластику. Остается признаться где и зачем.

Конечно, было бы круто рассказать, что я исправляла нос, сломанный в бою без правил с Джеки Чаном. Или с Сильвестром Сталлоне. Но чего нет, того нет. Нос у меня, действительно, сломан, но при еще более романтических обстоятельствах (В одной из моих – нет, не многочисленных, а НЕСКОЛЬКИХ экспедиций упала носом в твердое. Кажется, в голову сидящего впереди меня в грузовике соэкспедиционника. Но он выжил, в отличие от скорпиона из предшествующего поста). И я не собираюсь его - нос, а не соэкспедиционника - исправлять. Он так красиво смотрит влево на моем прекрасном умном лице.

Я решила сделать липосакцию, избежать которой мне не оставили ни малейшего шанса гены, унаследованные от папы (еврейская линия) и от мамы (узбекско-хохляцкая линия). Диеты че-то как-то перестали приближать эту сугубо восточную красоту к европеоидному идеалу. 

Ну, сперва я решила все разузнать заранее и отбить часть денег за операцию написанием популярных статей. И разом пожалела, что все будет делаться под общим наркозом.

Вот только блокнотика мне на операционном столе и не хватало. «А скажите-ка, доктор, чем это вы в меня тычете? А, канюлей. Слово какое гадкое. Как пишется? Ка-ню-ля. Фу. Уберите-ка масочку, сестра, обзор загораживаете. Ой, жирок пошел. Беленький! Загляденье. Вы его на свечки, часом, не пускаете? Или на косметические средства?»

Б-б-бе-е-е-е… Ужас. А действительно, куда они жир-то денут?

В банку сольют. Сфотографируют. Могут фотку на память подарить. Но свечки, мыло, крема и мази – это уже чересчур, Майданеком попахивает. Не заморачивайся. Ближе к телу и по делу.

Итак, созвонилась с врачом и договорилась о встрече.

Я ошивалась в приемной с выражением глубокой деловитости на лице. Рядом со мной сидели две дамы – ухоженные, модно и дорого одетые, с подчеркнуто безразличными физиономиями. Я набрала воздуху в грудь и рванула на амбразуру.

- Скажите, вы… в первый раз приходите? – поинтересовалась я у той, которая явно нервничала.

- Нет, уже второй. Первый раз пришла, а он взглянул мне в лицо и говорит: блефаропластику делать будем! Я испугалась, решила в других местах узнать – нельзя ли… безоперационным методом. Три месяца прошло, и вот я снова здесь.

Еще бы. Лицо в общем молодое, гладкое, но под глазами – мешки. Жировая грыжа, как пишут косметологи. Воду из них удалить, конечно, можно – кремами, процедурами. Отек сойдет (на время), а жир, проклятый жир – никуда от него не денешься. Вернее, он от тебя никуда не денется. Терпи, дорогая, терпи. Красота требует жертв.

«Кандидатки на переделку» переглянулись и с подчеркнуто безразличным видом отвели глаза. Разговор иссяк, едва начавшись. Наша женщина жутко в себе не уверена. Ей взгляд в зеркало приносит столько негативных ощущений – Шарон Стоун с ее дисморфофобией отдыхает. Нашу женщину подбадривать надо, веселить и успокаивать. Тогда она мягчает и расслабляется.

Я приступила к делу:

- Вы молодец, что решились. Вот я считаю: надо менять внешность, пока молодая. Легче пройдет, быстрее заживет. А моя тетя, - нет у меня подобной тети, все забили на внешность в день свадьбы, но упоминание родственников вызывает доверие. Я продолжила бодренько врать, - моя тетя говорит: в двадцать ты выглядишь, какой тебя создала природа. А в сорок – какой ты сама себя сделаешь. И даже шутит, что хорошо выглядящая жена демонстрирует успешность своего мужа. Получше, чем дорогая тачка.

Дамы хихикнули хором. Потом завязалась милая беседа насчет глаз, подбородков, расценок и женского права на улучшение имиджа за мужнин счет.

И ведь все правильно говорят. Какого черта, спрашивается, покупать шмотки за бешеные бабки, когда они на тебе не смотрятся? Чего ради вкладывать деньги в мебель, машины, недвижимость – и попутно размышлять, не купить ли тебе, часом, паранджу, не закосить ли под Гюльчатай? А то квартира и машина – полное бламанже, а фигура и лицо – полное это самое… икра кабачковая.

Словом, вкладываем в себя! Умница я.

В России принято на себе экономить. Нечего раскисать! Терпи! Крепись! Трудись! Тебе еще надо квартиру, машину, то и се, пятое-десятое! Как будто, если ты в трудах праведных потеряешь и здоровье, и внешность - купить новые не составит труда. А с возрастом накопить деньжат и прикупить чего-нибудь такого-этакого по мере надобности - никак нельзя.

Притом за столом первый тост всегда: за здоровье! За молодых, старых, прекрасных дам и настоящих мужчин. Выпили, вред здоровью нанесли, утром похмелились – и на трудовую вахту. Ни сна, ни отдыха измученной… печени.

О, прогноз благоприятный. Все, на следующей неделе пойду. Тапочки, халат, гигиенические принадлежности. А что убирать-то? Все разом? Пока – подбородок и живот. Остальное – по мере накопления.

Что ж… Я хотя бы избавлюсь от самой выдающейся части меня. И в зеркале буду видеть свое лицо и свою грудь, а не лимон на ножках, с парочкой подбородков сверху.

Надо самое страшное сделать – начать и заплатить. Придется, конечно, потерпеть. Зато будет труднее сорваться. Снова сяду на диету, попробую чаще в спортзал ходить. Мысль, что я столько вынесла – и все впустую…

Да. Понятно. Это стимулирует. Буду скрипеть зубами от голода, но ужинать прекратю!

К тому же там, где удалены жировые клетки, отложения происходят в последнюю очередь. Значит, у меня с этими зонами проблем больше не будет.

И все-таки хочется ныть и получать поддержку со стороны окружающих. Вести себя как те дамы, которые пытались обойтись мезотерапией и масками, но потом, «скрипя сердцем», пришли и сидели на диванчиках, всхлипывая от жалости к себе.

Подумать только: каким испытаниям мы, женщины, готовы себя подвергнуть ради самых рядовых моментов жизни! Беременность, токсикоз, роды, разрывы, растяжки, кормление, воспитание, беспокойство, ответственность, материнские заботы, дефицит сна, дефицит времени, проблемы с сексом, проблемы с внешностью. Мало этого, еще и диеты, сауна (ненавижу жару!), косметические процедуры, посещения стоматолога, депиляция, тренажеры, аэробика (фу, скучища!).

И, как альтернатива неэффективности вышеперечисленного (специально для традиционалистов сообщаю: я косметические процедуры имею в виду, а не деторождение!) - пластика. Каковую в России традиционно принято осуждать.

А если ты и «опустился до», то сей факт непременно надо скрывать. И молчать до последнего.

Лучше пусть про тебя скажут, что ты пьешь запоем и дерешься с бойфрендом, нежели просекут, что ты сделала круговую подтяжку и еще не пришла в себя. Потому, собственно, выглядишь опухшей и желтовато-синеватой, словно «кура уцененная», снятая с витрины в конце жаркого трудового дня.

Я еще понимаю кинозвезду, если та скрывает сам факт пластической операции. Коли потребовался ремонт, значит, процесс разрушения внешности пошел. А кому охота признавать: старею, мол. Скоро, скоро на характерные роли переходить, комических старух играть. Не хочется.

Кто-то, конечно, проявляет чудеса откровенности. Вот Шер – та вообще заявляет, не тушуясь: «Я уплатила косметологам сто тысяч долларов, и они отработали каждый цент». И ребра-то она вынимала, чтоб талию истончить, и нос-то она переделывала, и кожу натягивала. Была нормальной армянкой по имени Шерилин Саркисян, пухленькой, с вислым носярой, а к полтиннику расцвела. Роза Востока на экранах Запада. И молодец.

Мне эта роскошная, стервозная, роковая тетка жутко нравится. Просто обже д’арт. Предмет искусства.

А чего стесняться-то? Своей силы духа и жажды жизни? Вот уж не стоит. Хотя и противоположный подход довольно легко объясним: я вся такая натуральная, природная, уникальная – прямо жемчужина из устрицы. Вы всего-то поужинать пришли, а я как сверкнула на вас из раковины – сюрпри-и-из! Чудо природы. Уникальное явление.

Да, для звезды все подойдет. А если ты не звезда? Обычные бабы так конспирируются, словно их окружение абсолютно не в курсе, какой у них носик, ротик, оборотик. А тем паче животик.

Нет, я нашу женщину огульно не обвиняю. Я над ней иронизирую – и тоже не огульно, а имея на руках полный набор улик и показаний. Причем показаний, полученных без применения силы, угроз и давления с моей стороны.

По выходу из клиники мною, как принято выражаться в бюрократических кругах, «была проделана большая работа по опросу общественного мнения».

И вот я гуляла по тусовкам и опрашивала лица разной степени публичности, маскируясь под полную идиотку: у меня подруга собирается пластику делать – что посоветуете? Отговаривать или благословлять?

Нет, я не представитель социологических служб. Да и вообще считаю, что статистике самое место в экономике, а не в психологии. И пусть не сердятся на меня работники статистических органов (не знаю, как оные официально называются), но если человек что-то любит, разве есть ему дело до того, принадлежит ли он к пятнадцати процентам или к сорока?

Словом, я не раскладывала по полочкам и не подсчитывала ответы по списку «согласен - не согласен - затрудняюсь ответить». Но все же заметила: под коркой (довольно тонкой) мнимой самоуверенности («Надо любить и уважать себя такой, какая ты есть! Все это девичьи глупости!») обычно бурлит котел комплексов («Нет, если есть возможность что-то подправить… Вот только это ужасно дорого… и, кажется, небезопасно… Впрочем, если твою подругу достали дефекты внешности... И есть возможность...» – и так по кругу до бесконечности).

Вряд ли такие «советы» можно счесть отчетливой рекомендацией – делать пластику или любить себя во всей красе или во всем отсутствии таковой.

«Со всеми недостатками,
Слезами и припадками,
Скандалами и сдвигами
И склонностью ко лжи», как предлагала поэтесса времен застоя.

И только самые решительные и непреклонные личности так откровенно и высказались: «Резать! Резать к чертовой матери! Не дожидаясь перитонитов!»

Кстати, я заметила смешную закономерность: как только раскрывается и чистосердечно признается одна из «пластически усовершенствованных», тут же начинается цепная реакция: ой, а я тоже верхнюю губу подправила! А я – грудь подтянула! А я – уши срезала! Да не эти, а ниже, которые на бедрах!

Такое ощущение, что все эти бабы – члены какого-то тайного клуба прооперированных. И первое правило клуба гласит: молчи, пока тебя не спросят. А спросят – агитируй, агитируй и агитируй! Законспирированные намертво радистки Кэт только и ждут, чтобы кто-нибудь поинтересовался насчет продажи славянского шкафа.

Тут уж они молчать не станут! Все выложат как есть: и про достоинства, и про недостатки, и про расценки, и про скидки. Слушаешь с таким ощущением, будто речь идет о шоппинге, о распродажах, о стоках - словом, о вещизме, таком близком и дорогом сердцу каждого не совсем голого человека.

Но, как известно, под одеждой надо иметь тело (или хотя бы остов подходящей формы), чтобы одежда сидела и смотрелась.

Естественно, что люди, которым приходится тратить большие деньги на шмотки, хотят, чтобы те выглядели классно не только на вешалке. Они приобретают себе тело, используя те же приемы, что и при обычном шоппинге: это не подделка? Покажите лейбл, бирку, упаковку, шовчик, рубчик, изнанку, подол, другой размер, цвет, фасон. Почему так дорого (дешево)? У вас бывают скидки? Кому и когда? А с дисконтной картой? На какой срок? А профилактика износа? А гарантия? А возврат?

В общем, все правильно. Если берешь, проверь все, что можно проверить. Надень, пофорси и верни, если есть возможность. Если нет, сделай так, чтобы приобретение не сносилось за один сезон. В этом плане покупка вещи ненамного отличается от покупки тела.

Есть и категория не менее решительных противников подобного «телесного вещизма». С одной стороны, они апеллируют ко всем известным «негативным сторонам» (которые, замечу, есть у всего, кроме ленты Мебиуса).

Да, разумеется, и у пластики есть свои недостатки. В первую очередь цена. Во вторую – вероятность побочных эффектов. Или вообще отсутствие эффекта как такового. А в третью – то, что за операцией последует восстановительный период со всеми его «нельзя» и «не рекомендуется». Имеется и четвертый пункт - риск, что придется корректировать содеянное хирургом-неудачником (или неумехой) за собственный счет. А также пункт пятый - неизбежная воркотня тетенек «за пятьдесят»: как ты могла столько потратить на такую ерунду, лучше бы поменьше ела и побольше занималась!

Так что последний недостаток пластики (пусть не самый ужасный, но едва ли не самый утомительный) – высказывания тех самых «решительных противников».

Мнение этой категории порождено целым комплексом причин. Другая эпоха, другая система ценностей, другое сознание. Нам трудно понять их, а им… Им даже неинтересно понять нас. Они предпочитают поучать и наставлять.

По крайней мере, лично я редко встречаю понимание у людей этого типа – по всяческим вопросам, а не только по вопросам косметологического характера.

Сначала кажется, что всю указанную категорию определяет возраст: как перевалит за определенный рубеж, так желание быть красивым и элегантным отмирает само собой. Даже странно становится, что Шер пятьдесят пять, и она разделяет мое мнение. Или я разделяю ее.

А приглядишься: похоже, возрастные Рубиконы тут ни при чем.

Человек, у которого образ мироздания сложился и устоялся безо всяких капитулянтских «шаг вправо – шаг влево» и «плюс – минус», представляет себе железобетонную клетку, в которой все четко: и потребности, и возможности, и тактики, и стратегии. Любое живое существо только нужно поместить в отведенную секцию или подставить в соответствующую формулу.

Что требуется девочке для счастья в жизни? Хорошее образование, какое-никакое приданое и приличные папа-мама – вот все, что нужно девочке, чтобы закадрить прекрасного кавалера. Красота идет в качестве бонуса при наличии всех трех пунктов. Или в качестве компенсации при отсутствии одного или нескольких. Чем больше пунктов помечено «не вкл.», тем больше необходимо красоты. Иначе кто на тебя позарится?

Объяснять, что внешность – не только средство для привлечения мужских взоров, но и средство для повышения самооценки – дохлый номер. Представители такого мировоззрения все женские успехи привыкли мерить мужским вниманием. Если ты достигла успеха, который не сопровождается «признаками сексуальных домогательств», тетеньки не поставят тебе плюсик, а небрежно пожмут плечами: фи! Подумаешь, Букеровская премия! Разве что… А это хорошие деньги? Среди лауреатов есть симпатичные холостяки?

Для них Букеровская, Нобелевская, «Оскар» - приданое. Образование, полученное в престижном вузе, и влиятельные родители, пожалуй, вполне уравновешивают – или даже перевешивают - непомерные личные достижения. Слишком умная, слишком успешная, слишком красивая девочка не пользуется таким успехом на рынке невест, как обладательница средних показаний по двум пунктам из трех. А вот влиятельность родителей – ценность неоспоримая. Ее чем больше, тем лучше. 

Впрочем, взгляды «людей патриархата» - явление закономерное. Они на этой бодяге выросли, вместо материнского молока ее впитали, вот у них и наступила интоксикация мозга с последующим обуживанием восприятия.

Мне другое удивительно. Откуда в современной молодой бабе такая боязнь раскрыться и спокойно продемонстрировать решенную проблему как собственную победу: вот, возник вопрос, я его аннулировала. Мановением недрогнувшей руки и силой недюжинной натуры. Уж такая я продвинутая, крутая, непревзойденная. И не желаю портить себе жизнь какими-то там ноздрями, ушами, бедрами и ягодицами.

Преодолевать негативное впечатление от фамильных бородавок силой индивидуальности есть нерентабельная трата индивидуальности. Ее – индивидуальность - можно и на что-нибудь другое пустить. С большей пользой для человечества.

Как-то длинно получается. Придется перенести кровавые подробности в следующий пост.